На главную.
СЕРИЙНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ. Серийные убийцы.

"Социализм не порождает преступности...".
( серийная преступность в СССР: попытка историко-криминалистического анализа )
( интернет-версия* )

©А.И.Ракитин, 2008-09 гг.
©"Загадочные преступления прошлого", 2008-09 гг.

Страницы :     (1)     (2)     (3)     (4)     (5)     (6)     (7)     (8)     (9)     (10)

стр. 7


     Оперативники прекрасно знали, что пассивные гомосексуалисты получают на "зонах" особые татуировки, свидетельствующие о "специализации" обладателя как графическим содержанием рисунка, так и местом его размещения. Предположение, что вышедший с заброшенной стройки молодой человек мог иметь уголовный опыт, причём принадлежать к категории "опущенных" зэков, требовало проверки. Лица с уголовным прошлым в советское время практически не имели шансов закрепиться в Москве ( как и в ряде других крупных городов ) - им предоставляли прописку лишь за пределами 100-километровой зоны вокруг города (отсюда и выражение тех лет: "уехать за сотый километр", т.е. потерять прописку из-за судимости). Если долговязый парень, которого видел свидетель, действительно являлся уголовником, значит, он либо находился в Москве временно, либо жил здесь на нелегальном положении.
     Проверка по базам криминального учёта позволила довольно быстро идентифицировать человека, замеченного на месте преступления. Им оказался 19-летний житель Пензы Юрий Раевский, осуждённый в 1970 г. за нападение на женщину и неудачную попытку её изнасилования. По прибытии в колонию, Раевский был изнасилован заключёнными и попал в категорию "опущенных", на самое дно уголовного мира. Не вынеся тягот заключения, он в июне 1971 г. совершил побег. О его местонахождении вплоть до сентября ничего известно не было; теперь же оказалось, что беглец находится в Москве, где творит новые злодеяния.
     Столичная милиция предприняла большие усилия по розыску преступника, не без оснований полагая, что именно он и является "Внуковским Маньяком". Поймали же его, однако, совсем не в Москве и притом совершенно случайно. В октябре 1971 г. его задержали в Харькове за "попытку спекуляции" ( т.е. продажи с рук ) женского пальто.
     Пальто у Раевского появилось в результате последнего его преступления - изнасилования и убийства женщины в Харькове. Со своей жертвы преступник снял новое демисезонное пальто польского производства. Дефицитную вещь м.б. без особых затруднений сбыть с рук, что Раевский и попытался сделать через два дня, однако, бдительность местных милиционеров помешала насильнику. В кармане его куртки оказался билет на поезд, который отправлялся от перрона менее чем через час; вполне вероятно, что если бы не случайное задержание в Харькове, преступник мог бы ещё долго колесить по стране.


     После задержания Раевского чуть было не отпустили, однако, милиционеров насторожило то обстоятельство, что личность молодого человека не удалось быстро установить. Паспорта при себе он не имел, сообщил, что приехал в Харьков на несколько часов, но информацию о месте его проживания быстро проверить не удалось. Через несколько часов кто-то из милиционеров обратил внимание на то, что в ориентировке городской милиции имеется демисезонное польское пальто, похищенное два дня назад убийцей-насильником. Тогда за задержанного взялись уже всерьёз - он был дактилоскопирован и его разоблачение стало, если можно так сказать, лишь вопросом времени.
     Выяснилось, что Юрий Раевский после своего бегства из колонии в июне 1971 г. успел немало покуролесить по всем Союзу. Менее, чем через неделю с момента побега, будучи в Мордовии, преступник напал на женщину, которую подверг изощрённому сексуальному насилию, после чего попытался задушить. Удивительно, но эта жертва - первая в "сериале" Раевского - не погибла; через какое-то время она пришла в себя, выжила и в конечном итоге дала изобличающие преступника показания. После этого нападения, преступник отправился на Северный Кавказ, где совершил изнасилование с убийством, оттуда перебрался в Латвию, где опять-таки отметился аналогичным преступлением, и лишь после этого приехал в Москву. Т.о. "Внуковский Маньяк" к моменту начала своего "сериала" в Москве уже имел за плечами три эпизода в других регионах страны, которые, однако, никто с его именем не связывал. После трёх убийств в столице, Раевский отправился в Харьков, где совершил своё последнее, седьмое по счёту, нападение на женщину. Именно после харьковского убийства Раевский обзавёлся тем самым пальто, на попытке продажи которого его через несколько дней поймали.
     Следствие по многоэпизодной серии преступлений "Внуковского Маньяка" длилось более года, намного больше, чем тот отрезок времени, в течение которого преступник творил свои злодеяния. Перемещения Раевского по стране и все его действия в интервале июнь-октябрь 1971 г. были восстановлены предельно скурпулёзно и проверены со всей доступной точностью. Скорее всего, никаких других нападений на женщин, кроме упомянутых семи случаев, преступник в это время действительно не совершал. Другими словами, кровавый путь Раевского фактологически был установлен полностью.
     Но того же нельзя сказать о мотивации преступника. Анализируя совсем недлинную, но очень богатую трагическими событиями жизнь этого преступника, трудно отделать от ощущения неполноты картины. Вполне нормальный, в общем-то неглупый и весьма коммуникабельный подросток в 16 лет точно сошёл с ума - его жестокое и немотивированное нападение на соседку повергло в изумление всех, знавших этого симпатичного комсорга ( председателя комсомольской ячейки учебной группы в ПТУ ) прежде. В 1972 г. Раевский подвергся продолжавшейся более 3 месяцев комплесной психолого-психиатрической экспертизе в НИИ им. Сербского, которая подтвердила его психическое здоровье, но историю и причину формирования его садистского и некрофильского комплексов не прояснила. Вернее, эту задачу следствие перед данной экспертизой даже и не ставило. На многие годы, вплоть до середины 90-х годов 20-го столетия, Юрий Раевский сделался одним из самых молодых серийных убийц России и СССР, по праву разделив это мрачное первенство с другим негодяем - Андреем Евсеевым.

Юрий Раевский на первый взгляд был из категории тех, про кого говорят "дамский угодник". Он легко знакомился с девушками и женщинами, быстро располагал к себе и в целом проблем в общении с противоположным полом не имел. Но он имел кое-что похуже - неустранимые личностные проблемы, которые превратили его в жестокого сексуального садиста и убийцу. Нельзя не признать, что его быстрое изобличение правоохранительными органами СССР - это большая удача в масштабах страны. Этот очень молодой, энергичный и уже набравшийся криминального опыта убийца мог бы творить свои чудовищные преступления многие годы и десятилетия; сейчас даже трудно сказать, как далеко он мог бы зайти. Если бы ему удалось пробыть на свободе лет десять или около того, то персональный мартиролог убийцы вряд ли оказался бы ограничен одной сотней жертв.



     Следствие по делу "Внуковского Маньяка" выпукло высветило одну из самых серьёзных проблем в деле борьбы с серийной преступностью - отсутствие общесоюзной базы данных по преступлениям этой категории и неудовлетворительную аналитическую работу правоохранительных органов ( как по линии МВД, так и Прокуратуры ), вернее, полное отсутствие такой работы. Преступления, совершённые в разных частях страны, не изучались на предмет вычленения схожих элементов ; расследования по ним велись раздельно и лишь только после ареста подозреваемого появлялась возможность ( и то - далеко не всегда реализуемая !) свести их воедино. Проблема эта в СССР решена так и не будет, не в последнюю очередь в силу того, что идеологические установки ЦК КПСС отрицали возможность зарождения и развития в советском обществе серийной преступности как системного явления. А раз явление имеет не системный характер (а лишь случайный), то и оснований для организации систематической борьбы с ним не существует - примерно такова была логика партократов. Любые разговоры о странных и чудовищных преступлениях "маньяков-насильников", которые периодически возникали в обществе, коммунистический агитпроп не только не приветствовал, но и прямо запрещал, объявляя их "идеологическими диверсиями Запада" ( был такой термин в 70-80-х гг. прошлого века, под который можно было подвести любые критические разговоры - от нехватки макарон в магазинах, до роста криминала в городах ). А все формы "идеологических диверсий" подпадали под пристальный прицел КГБ СССР; потому лишние разговоры на упомянутую тему ( и вообще интерес к ней ), грозил в свою очередь пристрастным интересом самой мощной спецслужбы мира к персоне говорившего.

     

Раевский нападал на женщин в различных регионах СССР, но вплоть до изобличения преступника они не связывались с убийствами в районе Внуковского аэропорта.



     Недооценивать серьёзность сказанного выше не слеудет - занавес молчания властных структур вокруг серийных преступлений был абсолютным. Если о "кидалах", "несунах", "валютных" проститутках, грабителях, курортных аферистах и прочих представителях криминального мира газеты и журналы СССР время от времени что-то публиковали, то серийной преступности для советских средств массовой информации как бы не существовало. Единственное исключение, известное автору - это интервью начальника МУРа В.Корнеева, данное журналисту "Вечерней Москвы" и опубликованное в этой газете 5 ноября 1974 г. В нём главный столичный сыщик довольно скупо и косноязычно поведал о цепном нападении "Таганского Маньяка", убившего 8 октября 1974 г. в Москве двух женщин и тяжело ранившего ещё одну. В истории отечественного сыска это, пожалуй, единственный случай ( вплоть до конца 80-х гг. ), когда "родная Советская власть" сочла возможным что-то объяснить "про убийц-маньяков" своему народу. Примечательно, кстати, резюме этого интервью : товарищ генерал-майор призвал население не поддаваться панике и не распространять "непроверенные слухи" о криминальной активности в столице, пригрозив справедливым наказанием за болтовню. Для пущей убедительности тов. Корнеев в угрожающем тоне поведал читателям о студенте столичной Тимирязевской академии, позволившим себе сплетничать на оную тему и понёсшим в итоге справедливое воздаяние ( фамилия студента и избранное ему наказание не уточнялись ).
     Завершая же разговор о Юрии Раевском, остаётся добавить, что летом 1973 г. он был осуждён к высшей мере наказания - расстрелу. Убийца подал в Верховный Совет СССР прошение о помиловании, которое было отклонено. В последних числах декабря 1973 г. "Внуковский Маньяк" Юрий Раевский был казнён.
     "Т а г а н с к и й    М а н ь я к"    А н д р е й    Е в с е е в ( период активности : сентябрь 1974 г.- апрель 1977 г.) 8 октября 1974 г. Москва пережила невиданное в своей истории событие: в центре столицы, на улицах, прилегавших к Таганской площади, на протяжении 55 минут неизвестный мужчина совершил 3 нападения на женщин, нанося своим жертвам ножевые ранения и выхватывая сумочки. Все преступления произошли на глазах многочисленных свидетелей в интервале с 19 до 20 часов. Жестокость и дерзость преступника казались неслыханны - таких нападений Москва ещё не переживала. Из трёх женщин, подвергшихся нападениям, две скончались ещё до прибытия машин "скорой помощи", одна - выжила.
     Все три преступления произошли на участке размером не более 0,5 км. на 0,3 км. - вся эта территория находилась в зоне ответственности 37 отдела милиции. Поначалу преступления казались простым совпадением - всё-таки трудно было представить, чтобы какой-то разумный грабитель, уголовник со стажем, метался по сравнительно небольшому району города, имея при себе окровавленное холодное оружие и следы крови на одежде, но... Но довольно скоро стало ясно, что именно так всё и было : преступления совершил один и тот же человек! Произошедшее с точки зрения здравого смысла казалось столь диким и прямо-таки абсурдным, что неизвестного изувера сразу же окрестили "Таганским Маньяком".
     Версию о наличии у преступника некоей "мании", особого влечения или "зацикленности" на каком-то элементе одежды, вроде бы, подкрепляло то соображение, что две из трёх женщин, пострадавших от его рук, были одеты в красные мини-юбки. Кроме того, все три были обуты в сапоги на высоком каблуке... Версия о ненормальном убийце-фетишисте показалась представителям правоохранительных органов в начале расследования хотя и неординарной, но вполне обоснованной. Лишь много позже выяснится, что и мини-юбки, и сапоги на высоком каблуке не имели никакого значения при выборе преступником жертв; никакой "мании", связанной с женской обувью или одеждой тот не следовал, и руководствовался совсем иными мотивами. Между тем, версия о "сумасшедшем фетишисте" побудила следствие направить большие силы на проверку соотвествующего контингента, состоявшего на учёте в психоневрологических диспансерах сначала Москвы, затем Московской области, а потом и прилегающих областей. Проверка людей с такого рода сексуальной патологией в конечном итоге приняла характер всесоюзной компании, потребовала значительных материальных ресурсов и затрат времени, а результат её оказался совершенно ничтожен - "Таганского Маньяка" отыскать таким образом не удалось...
     Несмотря на то, что нападения произошли в довольно людных и притом хорошо освещённых местах, сотрудники уголовного розыска получили лишь самое общее описание нападавшего : брюнет, высокого роста, плотного телосложения, одетый, предположительно, в тёмный короткий плащ или пальто, свитер, тёмные брюки. Плохая память свидетелей в данном случае удивлять не должна. Феномен этот хорошо известен - эмоциональное потрясение людей, переживших убийство на своих глазах, действительно мешает им запомнить и в точности воспроизвести многие детали произошедшего. Свидетели, собранные в МУРе для составления "словесного портрета" "Таганского Маньяка" не смогли даже договориться между собой о том, имел ли преступник бороду или нет ? Между тем, убийца носил довольно характерные бакенбарды, которые очень могли бы помочь его опознанию, но никто из почти двух десятков человек, наблюдавших его нападения ни словом не обмолвился о бакенбардах!
     Свидетели, а также выжившая после нападения женщина, сообщили о довольно примечательной особенности действий преступника. Перед самым нападением, он обгонял свою жертву на несколько десятков метров, после чего поворачивался, шёл ей навстречу и, поравнявшись, не проронив ни слова, начинал наносить удары ножом. Подобная смена направлений движения была вовсе не случайна - она позволяла преступнику спокойно, не оглядываясь лишний раз, осмотреться и оценить окружающую обстановку - присутствие рядом свидетелей, милиционеров и т.п. Другой особенностью произошедших преступлений было то, что всем свои жертвам преступник наносил удары ножом в верхнюю часть тела и голову, уродуя лицо. Оба упомянутых элемента ( т.е. обгон предполагаемой жертвы и нанесение ударов ножом в лицо, грудь и плечи ) впоследствии наблюдались практически во всех эпизодах с участием "Таганского Маньяка".
     Упомянутые детали, вкупе с другими обстоятельствами ( крайняя жестокость нападений, отсутствие во всех трёх случаях вербального контакта с жертвами и пр.), позволяли с уверенностью предполагать, что нападавший уже имеет опыт совершения такого рода преступлений. Эта очевидная мысль, однако, никому ни в МУРе, ни в московской прокуратуре не пришла в голову. И хотя к началу октября на счету "Таганского Маньяка" действительно уже были убийства людей, совершённые с весьма схожей манере, никто из работников правоохранительных органов не связал эпизоды воедино ( вот она, яркая иллюстрация полнейшего отсутствия той самой аналитической работы, о которой было написано выше !).
     Между тем, в сентябре 1974 г., за месяц до нападений в столице, будущий "Таганский Маньяк" совершил убийство 16-летней ученицы 9-го класса в подмосковном Загорске. Жертва получила одно ранение под ключицу и два - в спину, в лопатку. Преступник схватил было сумочку своей жертвы, отбежал с нею в сторону, а затем отбросил, ничего оттуда не взяв. В сумочке школьницы, кстати, лежали всего только 35 коп. Впоследствии убийца признался, что содеянное его очень напугало : хотя преступление было совершено в тёмное время суток ( в 20:40 ), в дождливую погоду на тёмной улице, он испугался, что его могли заметить случайные свидетели и в ужасе бежал.
     На следующий день преступник совершил новое убийство. Пережитый в Загорске испуг смутил его, вызвал неприятные переживания и потому будущий "серийник" решил "компенсироваться", доказав самому себе, что он способен убить любого, а не только слабосильную девчонку. На этот раз жертвой маньяка стал 56-летний мужчина, житель подмосковного Одинцова. Преступник догнал его на пустой улице неподалёку от железнодорожной станции, потребовал денег, а после того, как его послали куда подальше, пустил в ход нож. Теперь уже убийца лучше контролировал свои действия : убедившись, что жертва мертва, он заставил себя тщательно обыскать погибшего, забрал наличные деньги (12 руб.), наручные часы, сетку с продуктами.
     Второе убийство придало негодяю уверенность в собственных силах. Он решил, что ему по плечу любая "мишень" и отныне в его власти лишить жизни любого, кого только он пожелает. Преисполненный самомнением, будущий "Таганский Маньяк" напал в Москве на студента-четверокурсника, возвращавшегося из спортивного зала, где он занимался культуризмом. Результат дерзкого наскока оказался совсем не таким, на какой рассчитывал убийца : студент-культурист стал отчаянно сопротивляться и несмотря на четыре ранения рук, сумел отбиться от негодяя. Потрясённый до глубины души преступник понял, что даже внезапность нападения, даже наличие ножа в руке, даже его хорошая физическая форма отнюдь не гарантируют успеха. Очень многое зависит от поведения жертвы, её готовности оказать сопротилвение. С этого момента будущий "Таганский Маньяк" выработал для себя три основных правила, которым этот убийца следовал с тех пор всегда и везде с небольшими лишь отклонениями : а) нападать следует только на женщин, б) нападать следует всегда внезапно, безо всяких угроз, запугиваний и т.п. разговоров, и в) нож следует пускать в ход с самого начала нападения.
     Впрочем, ещё одно убийство мужчины будущему "Таганскому Маньяку" в сентябре 1974 г. совершить всё же пришлось, хотя решился он на него помимо воли, исключительно в силу необходимости.
     Неудачное нападение на студента лишило преступника покоя ; он понял, что жертва его запомнила и сможет дать правоохранительным органам прекрасное описание. Раздумывая над тем, что можно сделать в сложившейся ситуации, будущий "Таганский Маньяк" нашёл, пожалуй, оптимальный в его положении выход : он вознамерился изобразить собственную гибель. Принимая во внимание, что на тот момент преступнику не было ещё и 20 лет, и он ни разу не привлекался к уголовной ответственности (а значит, не получил соответствующего жизненного опыта), подобную находчивость следует оценить очень высоко ( в негативном, разумеется, смысле ).
     Для реализации этого плана, убийца рассказал о своём смертельном промысле знакомому рецидивисту, имевшему за плечами более 20 лет лагерных отсидок. Он уговорил дружка заняться грабительским ремеслом совместно, обещая, что грязную работу, т.е. убийства людей, возьмёт на себя. Весь доход предполагалось делить поровну. Для первой совместной вылазки убийца выделил бомжеватому дружку свою одежду, ту самую, в которой совершил неудачное нападение на студента в Москве, объясняя это тем, что им надлежит не выделяться из толпы и не привлекать к себе внимания.
     Парочка отправилась в одинцовском направлении на электричке, вышла на полустанке "43-й километр". Это был дачный район, предполагалось, что преступники ограбят какого-нибудь одинокого дачника, идущего в вечернее время через лес. На самом же деле будущий "Таганский Маньяк" изначально предполагал убить здесь своего товарища. Отойдя от перрона менее, чем на полкилометра, он напал на него сзади, нанеся удар под лопатку такой силы, что нож сломался. Орудуя обломком, убийца нанёс более 10 ударов в лицо и шею подельника, сильно изуродовав его. Несмотря на то, что умиравший отчаянно кричал минуту или две (его никак не удавалось добить, хотя уже первое ранение являлось смертельным), убийца в целом остался собою доволен: лицо погибшего было до такой степени изменено ранами, что распознать истинные его черты представлялось делом почти невозможным.

Тот самый пиджак, что хитроумный убийца предложил одеть своему дружку-рецидивисту перед его закланием. Идея была хороша, даже реализация не подкачала. Только в реалиях эпохи "победившего социализма" подобное хитроумие являлось избыточным. Криминалисты Московского областного УВД изучили пиджак, обнаружили на нём пятна крови, чья групповая принадлежность не соответствовала группе крови убитого, и на этом успокоились. Никому даже в голову не пришло задуматься над тем, кому эта кровь могла принадлежать? Ну, в самом деле, рецидивист-алкаш... мало ли с каким другим алкашом мог подраться? Вот и вся недолга... Можно сказать, что хитроумный "Таганский Маньяк", задумав и осуществив это убийство, перехитрил лишь самого себя. Другими словами, если оценивать этот эпизод в баллах, то задумка на твёрдую "пятёрку", реализация тоже на "пятёрку", а вот практическая польза - "ноль". Ну, то есть вообще никакой пользы.



     Почти три недели убийца выжидал, не зная, удалась ли его уловка. Его никто не вызывал в милицию, не задавал лишних вопросов и это в конце-концов успокоило преступника. Он решил, что ловко сбил сыщиков со следа, хотя на самом деле его хитроумный расчёт не сработал. Он попросту оказался излишним - никто не связал нападение в Москве на студента-четверокурсника с убийством рецидивиста возле станции "43-й километр". Первое расследовалось столичной прокуратурой, второе - областной и эти розыски не пересекались ещё очень долго.
     Т.о. к моменту нападений на женщин в районе Таганской площади преступник уже имел за плечами 3 убийства и 1 покушение на убийство. Случившееся 8 октября 1974 г. наделало среди жителей столицы немалый переполох. Беспокойство усиливалось тем, что представители власти, как это водилось в то время, не нашли слов для разъяснения случившегося. Средства массовой информации хранили полнейшее молчание, которое лишь усугубляло тревогу населения и давало пищу для самых невообразимых слухов.
     Некоторое время сыщики МУРа уверенно обещали вот-вот изловить преступника. У своих жертв он забрал довольно много ценных вещей, на сбыте которых мог попасться; кроме того, в распоряжении следствия имелся какой-никакой словесный портрет разыскиваемого, так что расследование преступления изначально не казалось "висяком". По иронии судьбы МУРовцам поначалу, вроде бы даже сопутствовал успех. 16 октября они арестовали мужчину, напавшего с ножом на женщину в лифте. Женщина была облачена к ярко-розовую кофту и обута в сапоги на высоком каблуке. Нападавший, правда, не ранил свою жертву, а забрав сумочку, убежал, но подобное несовпадение его манеры действия с тем, что демонстрировал "Таганский Маньяк", мало кого интересовало. Грабителя быстро нашли, не в последнюю очередь благодаря отличному описанию его внешности, данному пострадавшей. Разумеется, бедолагу стали "крутить" на предмет проверки причастности к событиям 8 октября. Неизвестно, до чего бы "докрутились" МУРовцы ( может, и заставили бы "сознаться" в том, чего грабитель не совершал ), но тут приключилась похожая история. 19 октября ограблению в подъезде дома подверглась женщина, имевшая красный шейный платок. Под угрозой ножа она отдала сумочку грабителю и сняла золотые украшения, ранений при ограблении не получила. Благодаря грамотным и оперативным действиям сыскарей, а также точному словесному портрету, полученному от потерпевшей, преступника и в этом случае удалось быстро поймать. Уже 21 октября 1974 г. на его запястьях защёлкнулись наручники, а следствие получило второго потенциального "Таганского Маньяка" ( остаётся добавить, что этот человек работал официантом и не привлекался прежде к уголовной ответственности ).

     Арестованные 16 и 21 октября преступники не имели никаких психосексуальных отклонений, не состояли на учёте в психо-неврологических диспансерах и не являлись фетишистами, что подтвердило собеседование с их сексуальными партнёрами. То же, что ограбленные женщины имели среди деталей своего туалета вещи розовых и красных цветов, являлось банальным совпадением и никак не влияло на выбор преступниками жертв. Кроме того - и это было главным !- тщательная проверка убедительно доказала, что никто из подозреваемых не мог находиться в районе Таганской площади вечером 8 октября 1974 г.
     Таким образом, надежда на скорое изобличение "Таганского Маньяка", только родившись, сразу же угасла. К концу октября стало ясно, что розыск затягивается. Слухи в столице, между тем, не только не унимались, но напротив, множились и становились всё более фантасмагоричны. Информация о брожении умов просочилась на самый верх политической пирамиды СССР, попала в еженедельный информационный бюллетень КГБ, посвящённый состоянию общественного мнения и распространяемый среди членов Политбюро ЦК КПСС. Бюллетень этот формировался на основе репрезентативных обзоров территориальных управлений КГБ, построенных на сообщениях тайных осведомителей во всех слоях общества во всех регионах страны, от Камчатки до Калиниграда. Задача бюллетеня заключалась в том, чтобы своевременно информировать высшее государственное и политическое руководство о колебаниях общественного мнения, народных симпатиях, антипатиях и оценке населением политического климата в стране.
     Косноязычные старцы коммунистического Ареопага поначалу решили действовать в присущей им туповатой манере, безоглядно всё отрицая. 2 ноября 1974 г. газета "Вечерняя Москва" опубликовала фельетон, высмеивавший сплетни, которыми москвичи обмениваются в очередях. Мол-де, в какую же глупость верят несознательные жители столицы : то они говорят, будто из Бутырки сбежала толпа уголовников, аж даже 30 человек, то повторяют какие побасенки про то, что "некие маньяки" режут женщин в красном, ха-ха..! Следует ясно понимать, что подобная публикация, при всей своей кажущейся несерьёзности, не могла появиться сама собой или по воле отдельно взятого редактора газеты. Решение о размещении столь злободневного фельетона являлось политическим и могло быть принято лишь на самом высоком уровне столичного руководства ( напомним, что глава московского городского комитета партии со времён Сталина являлся либо кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС, либо членом Политбюро, т.е. входил в обойму высшего политического руководства страны ).
     Однако, коммунистические идеологи просчитались ! На следующий день после публикации дурацкого и совсем несмешного фельетона, русскоязычная редакция радиостанции "Голос Америки" выпустила передачу, посвящённую маньякам - убийцам женщин. В ней рассказывалось о некоторых случаях из криминальной истории США последних лет, в т.ч. о массовом убийстве девушек в общежитии медицинского колледжа в июле 1966 г. в Чикаго ( на нашем сайте размещён очерк, посвящённый этому преступлению ), а также упоминалось преступление в районе Таганской площади 8 октября 1974 г. Так "Таганский Маньяк" сделался орудием "идеологичесокй диверсии". Правда, радиоведущий ничего не смог сказать по существу этого дела, т.к. вся информация по расследованию была глубоко засекречена, однако упоминание этого преступления "Голосом Америки" переводило его из разряда мифов в категорию реальных событий.
    

( на предыдущую страницу )                                                                     ( на следующую страницу )


eXTReMe Tracker