На главную.
Убийства детей.

Мичиганская история.
( интернет-версия* )
©А.И.Ракитин, 2015 гг.
©"Загадочные преступления прошлого", 2015 гг.

Страницы :     (1)     (2)     (3)     (4)     (5)     (6)     (7)     (8)     (9)     (10)     (11)     (12)     (13)     (14)     (15)     (16)     (17)

стр. 8



     Прежде всего надо отметить, что термином "педофилы" обыватели часто объединяют преступников, сильно различающихся по мотивации, побуждающей их к сексуальным посягательствам на детей и подростков. Криминологи выделяют два несхожих класса правонарушителей, совершающих преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних: т.н. "фиксированные" педофилы и "ситуационные". Первых иногда также называют "истинными" педофилами, поскольку именно для такого рода сексуальных хищников дети и подростки являются предпочтительной жертвой. Ситуационные педофилы - это преступники, совершившие сексуальное нападение под воздействием временных либо случайных факторов: алкогольного или наркотического опьянения, при невозможности отыскать более привлекательный или доступный сексуальный объект и т.п. Манера криминального поведения обоих типов резко различна.
     Фиксированный педофил осторожен и очень внимателен в выборе жертвы. Такой преступник предпочитает действовать уговорами, лаской, обманом, завлекая ребёнка подарками и обещаниями. Фиксированные педофилы прекрасно знают психологию ребёнка и зачастую выбирают профессию, открывающую возможность близко общаться с детьми - они устраиваются педагогами, социальными работниками, их часто можно видеть во главе каких-то самодеятельных клубов по интересам, куда они активно вовлекают детей и подростков (вроде любителей разного рода авто-мото-хлама, туризма, стихосложения ямбом и прочей чепухи). Если старый лысый пень, пуская слюни, с упоением рассказывает детишкам, как правильно укладывать рюкзак - это для окружающих всегда повод насторожиться. Фиксированные педофилы имеют интеллект средний или выше среднего, у них хорошо подвешен язык, и даже если их нельзя назвать хорошими ораторами, они всегда являются отличными демагогами. Ибо разговорный навык играет огромную роль при сокрытии истинных замыслов и обмане жертвы. Преступники этой категории обычно не убивают жертву - они заинтересованы в том, чтобы растлить ребёнка и сделать его добровольным участником сексуальных игрищ на длительный срок. Убийство жертвы для фиксированного педофила - это чрезвычайное и нежелательное событие, являющееся обычно следствием паники, которая вызывается страхом разоблачения. Если фиксированный педофил уверен, что ребёнок его не выдаст, он сохранит ему жизнь и повстречается ещё не раз в будущем. Достоверно установлено, что фиксированные педофилы за время своего активного "сексуального пиратства" растлевают многие десятки детей; подтверждены случаи растления 80 и более подростков одним преступником. Причём - ещё раз подчеркнём! - без насилия, принуждения и убийств.


     Ситуационный педофил - это, строго говоря, даже и не педофил, а пьяная скотина, которая не придумала никакого приемлемого в рамках закона способа снять внезапно возникшую сексуальную потребность и потому решившаяся напасть на ребёнка. Звучит такое определение может быть грубо и не очень-то литературно, но по сути своей верно. Это, как правило, люди с низким интеллектом, очень часто - с уголовным прошлым. При выборе объекта нападения для них определяющим является фактор доступности и беззащитности жертвы. Такой преступник очень часто не может заполучить женщину даже силой просто потому, что не уверен в своей физической способности её одолеть в случае сопротивления, а потому он решается совершить нападение на ребёнка. Ситуационный педофил жесток, он не склонен уговаривать жертву и действует прямолинейно. Скажем так, словесные игры - это не для него. Подавляющее большинство убийств детей и подростков является делом рук именно ситуацинных педофилов.
     Существуют некоторые особенности в характере сексуальных контактов с жертвой, демонстрируемых фиксированными и ситуационными педофилами. Первые, как более умные и рассудительные, стараются не оставлять следов, способных привести к их изобличению. Они не избивают ребёнка и в подавляющем большинстве случаев ограничиваются орально-генитальными контактами, либо ограничиваются тем, что криминологи обтекаемо называют "суррогатным сексом" (т.е. половым контактом без введния пениса в полости жертвы). Эти преступники понимают, что повреждения половых органов детей долго заживают и легко фиксируются при судебно-медицинском освидетельствовании, поэтому скрыть их от правоохранительных органов весьма проблематично. Такие повреждения весьма болезненны, а кроме того, неприятные ощущения могут вызвать испуг ребёнка, что совсем для преступника нежелательно. Потому фиксированные педофилы обычно стараются избегать столь специфического травмирования жертвы, по крайней мере на начальном этапе совращения. Ситуационный педофил о таких пустяках просто не задумывается - в этом, кстати, проявлется очевидная ущербность его интеллекта: преступник такого рода просто не "просчитывает" последствия своих поступков. Грубые изнасилования детей и подростков с тяжёлыми повреждениями их половых органов осуществляют, как правило, именно ситуационные педофилы.
     Помимо описанных выше поведенческих различий, между фиксированными и ситуационными педофилами существует ещё одна принципиальная разница. Ситуационный педофил обычно соблюдает личностные, т.е. присущие ему в посведневной жизни, предпочтения относительно половой принадлежности жертвы. Другими словами, насильник-гомосексуалист будет нападать на мальчиков, а гетеросексуал - предпочтёт девочек. У фиксированных педофилов такого рода фиксации нет, более того, они прямо заявляют, что в их восприятии дети - это существа "третьего пола". Т.е. для этих преступников принципиальной разницы между мальчиком и девочкой не существует. Среди всех разновидностей сексуальных преступников фиксированные педофилы имеют наибольший процент бисексуалов (по разным оценкам, до 40-45% такого рода преступников допускают в качестве приемлемых как гетеро-, так и гомосексуальные контакты).
     Очень важным для фиксированного педофила является предпочтительный возраст объекта посягательства. Для ситуационного педофила проблемы тут нет - он готов напасть на любую доступную жертву, грубо говоря, такой преступник может "залезть" хоть на козу, хоть на собачку... А вот фиксированные в этом отношении куда разборчивее.
     Под термином "педофилия" современная наука (если быть совсем точным - криминология, виктимология, криминальная психология, а также психиатрия) понимает половое влечение к мальчкам, не достигшим 16 лет. При описании сексуального влечения к подросткам постарше - в возрасте 16-17 лет - обычно используется особый термин - эфебофилия. В чём принципиальная разница? В 16-17 лет юноша уже приобретает физиологические признаки мужчины (т.н. маскулинные) - характерное телосложение, низкий тембр голоса, лобковое оволосение и пр. В более раннем возрасте мальчик во многом остаётся похож на девочку, более того, в возрасте 12-13 лет мальчики в своём большинстве отстают от сверстниц в росте. Аналогичное деление существует и для тех педофилов, кто в качестве жертв предпочитает выбирать девочек. В тех случаях, когда девочкам не исполнилось 16 лет криминалисты говорят о корефилии, а если девочке-подростку 16-17 лет, то такое влечение называют партенофилией.
     Сразу подчеркнём, что деление это очень условно и сама по себе градация жертв на тех, кому "до 16 лет" и тех, кто старше - весьма и весьма иллюзорна. Многие разоблачённые фиксированные педофилы утверждали, что в их предпочтениях имеет принципиальное значение факт появления месячных у девочек. Если таковые уже имели место, то девочка рассматривается ими как женщина, а если нет, то девочка воспринимается "как разновидность мальчика" (на сленге педофилов такие девочки нередко называются "двужопыми"). В любом случае, между мальчиками и девочками младшей возрастной группы (ориентировочно, это до 12-13 лет) педофилы принципиальной разницы не видят и рассматривают их, как одинаково предпочтительные сексуальные объекты. Многие фиксированные педофилы в качестве потенциальных жертв интересуются лишь детьми препубертатного (т.е. до начала полового созревания) возраста. Т.о. один и тот же педофил может с одинаковым интересом рассматривать в качестве объекта своего посягательства как мальчика, так и девочку, для него важнейшим критерием отбора потенциальной жертвы является её возраст, а отнюдь не пол. Это принципиальное отличие такого рода преступников от иных сексуальных хищников.
     Завершая это отступление, следует сказать несколько слов о специфике расследования покушений на половую неприкосновенность детей и подростков. Родители, услышав рассказ ребёнка о непристойных действиях взрослого человека в их отношении, ни в коем случае не должны принимать на себя роль следователя и судьи; схватиться за топор или ружьё и отправиться на расправу с негодяем-педофилом - это самое глупое, что можно в этой ситуации совершить. Дети и подростки - это очень специфичный контингент свидетелей и потерпевших. Во-первых, они склонны к мистификациям и разного рода выдумкам, во-вторых, в своих рассказах они обычно подстраиваются под собеседника и видоизменяют рассказы в зависимости от наблюдаемой реакции слушателя, в-третьих, они неспособны (в отличие от взрослых) предвидеть последствия своих лживых утверждений. Увидев чрезвычайную заинтересованность взрослого собеседника, дети могут углубляться в свои фантазии, расцвечивая их всё более и более яркими красками. Допрос детей, сделавших заявления о сексуальных посягательствах, требует соблюдения определенной юридической процедуры и проводится с обязательным привлечением криминальных психологов, специально обученных выявлять детскую ложь. Такой допрос содержит большое количество - около 50 и даже более - ключевых вопросов, правильных или точных ответов на которые обычный ребёнок знать не может. Такие вопросы ("индикатры истинности" или "индикаторы достоверности") в основном касаются таких деталей мужской физиологии, о которых неискушённые дети даже не догадываются. Те же дети, в отношении которых предпринимались развратные действия, дадут правильные ответы, даже не понимая сущности того, чему стали свидетелями. В идеале в такого рода допросах работники правоохранительных органов даже не должны принимать участие, свои вопросы они должны сообщить психологу, а тот уже займётся их выяснением в процессе беседы с ребёнком.
     Сейчас суды многих стран мира принимают материалы таких допросов в качестве улик и не вызывают детей для дачи показаний во время судебных процессов. Практика эта преследует цель минимизировать психоэмоциональное травмирование ребёнка и не будоражить его болезненными воспоминаниями. В принципе, эту практику следует считать совершенно разумной. Но ещё раз подчеркнём, что в качестве такого рода судебной улики принимаются материалы допросов, проведённых с соблюдением определённых процессуальных формальностей и при обязательном участии специалистов по криминальной сексологии. Кому-то может показаться удивительным, но большое количество заявлений детей и подростков о якобы имевших место сексуальных нападениях на них, не находят подтверждения при квалифицированной проверке. Другими словами, дети лгут и оговаривают взрослых, рассчитывая получить за свою ложь некие "бонусы". Дети в известной степени способны манипулировать родителями и рассказ о сексуальных приставаниях порой является всего лишь попыткой добиться от родителей некоей уступки (сопереживания, подарка, прощения прежних прегрешений и т.п.). Некритическое восприятие детских рассказов способно толкнуть родителей к необдуманным поступкам и даже преступным действиям (вроде самосуда) поэтому, услышав из уст ребёнка некие подозрительные рассказы, надлежит обращатсья к правоохранителям, и ни в коем случае не заниматься частным сыском и уж тем более расправой.
     После этого подзатянушегося, но очень нужного отступления, вернёмся к хронологии описываемых событий. На протяжении осени 1976 г. в окрестностях Детройта дети не исчезали и, казалось, этот напряженный для правоохранителей год закончится без новых трагических инцидентов. Однако, в последние дни уходящего года произошло чрезвычайное происшествие, заставившее всех жителей северных пригородов Детройта вспомнить о том, что где-то рядом с ними находится опасный и покуда непойманный убийца детей. А может, даже и не один.
     Впрочем, как это часто бывает, сенсационная история началась весьма тривиально. 22 декабря ушла из своего дома по адресу №1312 Мэйфилд роад в Ройал Оук (северный пригород Детройта) и пропала без вести 12-летняя Джилл Робинсон. Девочка была что называется из "проблемной" семьи, отец её оставил жену и детей ещё аж в 1971 г. - т.е. за пять лет до описываемых событий - и мать, Кэрол Робинсон, мыкалась с тремя детишками в одиночку. Поскольку папаша помогать бывшей жене и детям не желал, Кэрол пришлось подавать на него в суд с требованием принудительного взыскания денег. Процесс она в 1974 г. выиграла и с тех пор материальная ситуация несколько стабилизировалась, хотя и оставалсь далеко не идеальной. Её бывший муж - Томас Робинсон - был человеком, вроде бы, неплохим, хорошо образованным, работал преподавателем английского языка и литературы в местном колледже, но с бывшей женой и детьми контакта почти не поддерживал, делая исключение только для Джилл. Последняя к отцу очень тянулась и, тонко чувствуя его конфликт с матерью, всегда принимала сторону отца. Девочка нередко уходила к нему с ночёвкой и всякий раз такой уход оказывался своего рода демаршем против матери. Джилл подобным образом "наказывала" мать за неправильное, по мнению дочери, отношение к ней. Ситуация, кстати, довольно типичная для распавшихся семей, поскольку дети частенько пытаются играть на конфликтах родителей. Джилл Робинсон была как раз из числа таких детишек. Этот нюанс важен для правильного понимания дальнейшего.
     22 декабря 1976 г., в день своего исчезновения, Джилл вступила с матерью в конфликт, причём ссора эта изначально выглядела предельно вздорной и неуместной. Началось всё с выяснения того, кто должен будет готовить печенье на Рождество? Спор был принципиален - Джилл настаивала на том, что печенье она готовить не хочет и не будет, поскольку их не любит и не видит смысла тратить на эту безделицу время. Проще купить в магазине готовый бисквит и тем самым время сэкономить, да и вкуснее любой самодельной стряпни будет. Мама, однако, взглядов дочери не разделяла и считала, что без домашнего печенья праздник не будет праздником, а потому Джилл должна засучить рукава и порадовать близких кулинарным чудом. Мужчины, конечно, подивятся причине возникшего на ровном месте конфликта, но женщины на такого рода проблематику смотрят совсем иначе. Помните детский стишок: "утром рано два барана..."? - вот здесь всё было именно так. Спор с матерью, то затихая, то разгораясь, продолжался почти четыре часа, в конце-концов, Джилл сдалась, схватила свой рюкзак, выкатила на улицу велосипед - и была такова. Произошло это примерно в 19 часов, возможно, несколькими минутами позже.
     Больше Кэрол Робинсон живой свою дочь не видела. И вспоминая идиотский спор из-за печенья, она была бы готова уступить, вот только Судьба не позволяет нам исправлять фатальные ошибки...
     Впрочем, в ту минуту мать ни о чём таком не думала. Она решила, что дочка отправилась к отцу - как было сказано выше, Джилл так поступала с целью досадить матери. Кроме того, Кэрол никогда не звонила Томасу, а значит, в доме отца дочка была вне досягаемости.
     По прошествии трех часов Джилл дома не появилась и не позвонила из дома отца, что делала во всех случаях, когда отправлялась к нему. Тогда её мать позвонила в полицию. Она давно поняла, что с бывшим мужем надо действовать только официально - попытки увещеваний и разговоров по душам результата не приносят. Наряд полиции прибыл к дому Кэрол Робинсон, выслушал её рассказ о бегстве дочери, о возможном её нахождении в доме отца, а также об имевшей место судебной тяжбе с последним. В общем, полицейские покивали, поняли, что семья проблемная, как говорится, со своими тараканами, и направились к дому Томаса Робинсона. Благо тот жил в городе Биргмингем, всего в 4 км. от дома бывшей супруги - это от силы две минуты и то, если катиться в гору с выключенным двигателем.
     Однако выяснилось, что Джилл не появлялась в доме отца уже семь дней. Патрульные поинтересовались, где по его мнению может находиться дочь? Томас назвал несколько мест, в том числе и адрес парнишки, с которым Джилл в последние месяцы поддерживала дружеские отношения. Этот юноша проживал в доме №921 по Гардения авеню (Gardenia ave.) в Ройал Оук, в 2 км. от дома Джилл. Что сделали полицейские?... правильно, они покивали, вернулись к машине и забыли думать об этой чепухе.
     В течение ночи с 22 на 23 декабря Кэрол Робинсон не менее трёх раз звонила в полицейское управление, пытаясь выяснить, ведётся ли розыск дочери? Ей отвечали, что все необходимые меры приняты, говорили даже о том, что патрульные проверили Томаса Робинсона, наведались к другу Джилл, а теперь патрулируют район - в общем, отделывались стандартными отговорками. На самом деле, как это стало известно много позже, никто Джилл не искал двое суток. Лишь 24 декабря какой-то полицейский позвонил Кэрол Робинсон по телефону и осведомился, ну, как там доченька, вернулась ли? И лишь узнав, что девочка не возвратилась домой даже спустя 48 часов с момента исчезновения, в полиции, наконец, зашевелились.
     Причина такого безразличия заключалась в том, что в полицейских сводках Джилл Робинсон проходила с пометкой "убежавшая из дома после ссоры с матерью". Американские правоохранители называют таких людей "добровольными беглецами", исчезновение которых не связано с криминалом. В США и Канаде таких "добровольных беглецов" более 90% всех без вести отсутствующих лиц. К поиску их правоохранители относятся без лишней суеты и причина тому заключается в том, что после обнаружения беглецов те зачастую отказываются возвращаться домой (когда слышишь такие истории, невольно вспоминаешь военную мудрость, изреченную как-то покойным ныне генералом Лебедем: "не спеши, а то успеешь!" Похоже, американской полиции эта мудрость тоже известна.). На мысль, что Джилл добровольно ушла из дома и не намерена возвращаться, полицейских навела одна деталь, сообщенная матерью пропавшей девочки ещё в при первом обращении к правоохранителям. Кэрол Робинсон сказала, что Джилл перед уходом положила в свой синий рюкзак две книжки, косметичку и... плед. Услышав это, полицейские вполне здраво предположили, что девочка имеет на примете место, где может спокойно поспать (и почитать книжки, кстати!), а потому возвращаться в ближайшие часы не намерена. Между прочим, точно также подумала и мать девочки, поскольку она осталась в твёрдой уверенности, что та отправилась к отцу...

     
Слева: Джилл Робинсон с матерью и младшим братом. В центре и справа: Кэрол Робинсон и её бывший муж Томас.


     Чуть позже мы вернёмся и к книжкам в рюкзаке Джилл, и к пледу и увидим, как эти детали заиграют необычными красками. Пока же вернёмся к хронологии событий, поскольку развязка приближалась неумолимо и оказалась она воистину трагичной.
     В 08:45 26 декабря 1976 г., в воскресенье, труп Джилл Робинсон был обнаружен рядом с авторассой I-75 в административных границах города Трой (Troy), в 11 км. севернее родного дома девочки. Место для "сброса" тела оказалось выбрано весьма необычное - хотя расстояние до кварталов жилой застройки составляло около 400 м., совсем неподалёку, буквально 50 метрах, находилось новое здание управления полиции Троя. Фактически, труп девочки был виден из окон кабинетов второго этажа... Кроме того, движение по трассе I-75 было довольно интенсивным, поэтому трудно было вообразить, чтобы преступник мог остановить машину на шоссе, не привлекая к себе внимания. Однако, на руку злоумышленнику сработала природная стихия - в ночь с субботы на воскресенье на 12 северных штатов США обрушился мощный циклон. Снегопады прошли фронтом чуть ли не в тысячу километров и продолжались более суток. Все новостные блоки ТВ и радиостанций начинались с предупреждений о напряженной ситуации на дорогах северо-востока страны, так что в субботу и воскресенье многие мичиганские автомобилисты за руль не садились и трасса I-75, сильно загруженная в обычные дни, оказалась пустынной.

Вид с шоссе I-75 на здание управления полиции города Трой. На этом месте ранним утром 26 декабря 1976 г. было найдено тело Джилл Робинсон, правда, тогда в полосе отчуждения ещё не существовало парковки. Тело девочки можно было увидеть из окон второго этажа. То, что преступник решился на убийство в непосредственной близости от здания полиции, в известной степени характеризовало его как человека склонного к демонстративным и даже вызывающим действиям, уверенного в себе и не лишенного смелости. Такое убийство явно не могло быть экспромтом. Преступник просчитывал свои действия и ловко реализовывал задуманное, что указывало на его хладнокровие и криминальный опыт.


     Труп Джилл Робинсон был припорошен снегом, но не полностью, что в условиях сильного снегопада свидетельствовало о том, что тело находилось на этом месте не очень долго. Согласно официальным заявлениям полиции, труп девочки лежал менее чем в 5 метрах от проезжей части, хотя некоторые газеты разместили фотографии, на которых патрульный полицейский указывает рукой на место обнаружения тела и место это совсем рядом с асфальтом, буквально в 1 метре. Возможно, полиция в своих пресс-релизах умышленно допустила искажение информации, дабы впоследствии использовать знание подозреваемым подлинных деталей в качестве "критерия истинности" и исключения самооговора разного рода сумасшедшими и мистификаторами.
     Голова девочка была изуродована до неузнаваемости, фактически у неё были смяты правая часть лица и теменная область. Как стало ясно при тщательном осмотре, причиной подобного травмирования явился выстрел с близкого расстояни из дробовика 12-го калибра. Заряд картечи раздробил кости черепа, в результате чего те утратили несущие качества и голова просто потеряла свою форму. Опознать труп по лицу было совершенно невозможно и хотя почти не было сомнений в том, что погибшей является именно Джилл Робинсон, для идентификации тела пришлось обращаться к судебному одонтологу (судебная одонтология - раздел антропологии об особенностях строении челюстно-лицевого аппарата и идентификации человека по уникальному набору стоматологических признаков: наличию зубов, особенностям прикуса, числу и материалу пломб и зубных протезов и т.д.). Помимо сличения зубов трупа со стоматологической картой Джилл была проведена проверка по отпечаткам пальцев. В обоих случаях было отмечено полное совпадение.


     Место обнаружения трупа явилось местом убийства, на это явственно указывало обилие крови. Труп фактически лежал в луже собственной крови, которая от головы достигала колен. Если бы девочку убили в другом месте и доставили к обочине шоссе I-75 уже мёртвое тело, то такого бы не наблюдалось. Убитая была полностью одета, за её спиной находился тот самый синий рюкзак, с которым Джилл покинула дом. На одежде девочки были найдены светлые волокна, которые после исследования криминалистами были идентифицированы как собачья шерсть. В рюкзаке оказались косметичка и плед, а вот книги отсутствовали.
     Также отсутствовал велосипед, на котором девочка уехала из дома.
     Судебно-медицинская экспертиза зафиксировала, что рост жертвы составлял 152,5 см., вес - 40 кг. (это вполне нормальные для 12-летней девочки показатели). Смерть Джилл Робинсон последовала от единственного выстрела дробовика, сделанного с расстояния 1-2 м., не более. Никаких иных ранений и травм девочка не имела. Не было обнаружено никаких следов сексуальных манипуляций и это открытие до известной степени озадачивало.
     Другой странностью оказалась датировка момента наступления смерти - девочка умерла незадолго до обнаружения её тела, возможно, за час или два. Это означало, что она оставалась в живых более 80 часов с момента исчезновения! Так где же она была всё это время?
     Проводивший вскрытие судебно-медицинский эксперт Роберт Силлери сделал ещё одно любопытное открытие. Во влагалище девочки он обнаружил тампон с незначительными следами крови - это означало, что у Джилл начинались месячные. По мнению судмедэксперта произошло это накануне смерти, вряд ли раньше, т.е. 25 декабря. Однако, когда об этом сообщили матери, та категорически заявила, что ей ничего о месячных у дочери неизвестно и прежде с Джилл такого не бывало.
     Данная деталь выглядела отнюдь не пустяковой. Неосведомлённость матери об интимной стороне жизни дочери можно было истолковать двояко: либо у Кэрол уже бывали месячные прежде и девочка попросту не рассказывала об этом матери, поскольку не имела с нею необходимого психологического контакта, либо действительно у девочки перед самым убийством начались первые в жизни месячные. Соответственно, этой новостью она просто не успела поделиться с матерью. Однако у Джилл оказался тампон и купила его она сама, поскольку казалось невероятным, чтобы этим занимался убийца. А раз так, значит, девочка пользовалась свободой перемещения по крайней мере до 25 декабря. И в таком случае можно ли вообще говорить о похищении Джилл Робинсон 22 числа?
     Кстати, между обеими выше изложенными вариантами нет непримиримого противоречия, т.е. они могли реализоваться одновременно. Другими словами, Джилл действительно могла не иметь психологического контакта с матерью, но при всё том первая её менструация началась именно накануне убийства.
    
    
(на предыдущую страницу)                                                            (на следующую страницу)

.

eXTReMe Tracker