На представленный ниже очерк распространяется действие Закона РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I "Об авторском праве и смежных правах" (с изменениями от 19 июля 1995 г., 20 июля 2004 г.). Удаление размещённых на этой странице знаков "копирайт" ( либо замещение их иными ) при копировании даных материалов и последующем их воспроизведении в электронных сетях, является грубейшим нарушением ст.9 ("Возникновение авторского права. Презумпция авторства.") упомянутого Закона. Использование материалов, размещённых в качестве содержательного контента, при изготовлении разного рода печатной продукции ( антологий, альманахов, хрестоматий и пр.), без указания источника их происхождения (т.е. сайта "Загадочные преступления прошлого"(http://www.murders.ru/)) является грубейшим нарушением ст.11 ("Авторское право составителей сборников и других составных произведений") всё того же Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах".
    Раздел V ("Защита авторских и смежных прав") упомянутого Закона, а также часть 4 ГК РФ, предоставляют создателям сайта "Загадочные преступления прошлого" широкие возможности по преследованию плагиаторов в суде и защите своих имущественных интересов ( получения с ответчиков: а)компенсации, б)возмещения морального вреда и в)упущенной выгоды ) на протяжении 70 лет с момента возникновения нашего авторского права ( т.е. по меньше мере до 2069 г.).

     Понедельник 10 декабря 2001 г. в Центре Инновационных Технологий ( по-английски CIT ) в г. Херндон, штат Вирджиния, США, начался как обычный будний день крупного научного центра. Единственным необычным обстоятельством явилось, пожалуй, то, что на своём месте не появился Роберт Шварц, ведущий научный специалист и один из старейших сотрудников CIT, работавший здесь практически с момента его создания. Задержка эта многим показалась странной, поскольку Шварц был известен своим педантизмом и практически никогда не опаздывал ; в тех редких случаях, когда пробки на дорогах оказывались сильнее, он всегда звонил и заблаговременно предупреждал о возможной задержке. В тот же понедельник он ничего подобного не сделал.
     Начиная с полудня сотрудники секретариата Центра начали звонить на домашний и сотовый телефоны Шварца без перерыва. На 13:00 была назначена важная встреча, результат которой мог непосредственно повлиять на финансирование CIT в будущем году. Роберт Шварц на этой встрече должен был делать сообщение о создании специалистами CIT первой в США Национальной Базы Данных "генетических профилей" населения. Шварц курировал эту разработку, обещавшую огромное прикладное значение для специалистов широкого профиля - от хирургов-трансплантологов, до генетиков и криминалистов.
     К 13 часам Шварц в Центре так и не появился, поэтому встречу пришлось начинать без него. К этому моменту уже стало ясно, что задержка Роберта носит экстраординарный характер, а потому было принято решение позвонить его соседям и попросить их осмотреть дом Шварца явочным, так сказать, порядком.
     Такая просьба имела характер несколько необычный и в каком-то смысле даже нескромный. Роберт Шварц был довольно богатым человеком, миллионером, и проживал в престижном районе рядом с городком Гамильтон, в 75 км. к западу от столицы США г. Вашингтон. На участке площадью более 2 акров стоял двухэтажный дом, обложенный бутом, гараж, большая пристройка для хозяйственных помещений, скотный сарай. Понятное дело, соседи Шварца тоже были людьми вполне обеспеченными и занятыми. Некоторое время пришлось потратить на их уговоры, наконец, около двух часов дня один из соседей вместе с младшим сыном отправился к дому Роберта.
     Входная дверь оказалась закрыта не на замок, а на подпружиненную щеколду, что выглядело весьма подозрительно. Заглядывая в окна первого этажа, мужчины увидели то, что уже ожидали увидеть : на полу в гостиной лицом вниз лежало человеческое тело, предположительно, хозяина дома. Следы крови на полу и окружающих предметах обстановки не оставляли сомнений в криминальной причине смерти.
     Прибывшие к дому Роберта Шварца криминалисты, коронёр, детективы отдела уголовного розыска службы шерифа округа Лоундаун, получили в своё распоряжение место преступления практически в первозданном виде. Убийца, уходя, захлопнул за собою дверь, поэтому первыми людьми, переступившими после него через порог, оказались работники правоохранительных органов.
     Осмотр места преступления растянулся почти на сутки и закончился только утром 11 декабря. Основные результаты его сводились к следующему :
        - погибший, найденный в гостиной первого этажа, являлся хозяином дома Робертом Шварцем ;
        - погибший, овдовевший 4 года назад, на момент смерти проживал в одиночку. Следов постоянного проживания в доме второго человека обнаружено не было ;
        - в скотном сарае содержались животные : лошадь, три козы и собака. По их поведению можно было понять, что они не получали пищу и воду более суток, что косвенным образом позволяло судить о времени нападения на Роберта Шварца ;
        - дверные замки и оконные запоры были заперты и находились в исправном состоянии. Они не подвергались взлому, либо открытию слесарными приспособлениями ;
        - отсутствовали следы несанкционированного проникновения в дом через окна второго этажа либо пристройки ;
        - труп хозяина дома находился почти в центре гостиной комнаты на удалении примерно 6 м. от входной двери. Очевидно, Роберт Шварц впустил убийцу в дом и прошёл с ним вглубь комнаты ;
        - смерть хозяина дома последовала в результате причинения ему многочисленных ранений холодным оружием. После совершения убийства преступник прошёл в ванную комнату первого этажа, где под струёй воды вымыл орудие убийства и вытер его бумажным полотенцем, которое тут же и бросил ;
        - обстановка в доме не носила следов ограбления или обыска. Убийца, судя по всему, не проходил на второй этаж ;
        - убийство сопровождалось значительной кровопотерей жертвы, из-за чего следы крови оказались обнаружены практически на всех предметах окружающей обстановки : мебели, полу и даже потолке. Убийца не смог избежать попадания на руки и одежду крови жертвы ; хотя он оставил руками большое количество кровавых помарок, отпечатки его пальцев криминалистам получить не удалось. Это означало, что он, скорее всего, действовал в перчатках.
     Убийца нанёс Шварцу большое количество колото-резаных ран, определить их точное число при первичном осмотре трупа на месте преступления не представлялось возможным. Тем не менее, в первом официальном заявлении для прессы шериф округа Лоундаун Стивен Симпсон умышленно выразился таким образом, что можно было подумать, будто смерть Роберта Шварца последовала в результате однократного ранения. На эту уловку было решено пойти с целью разоблачения возможных самооговоров. Поскольку дело обещало стать по-настоящему сенсационным, правоохранительным органам приходилось учитывать неизбежную в таких случаях активность психически нездоровых людей.
     То, как выглядело место преступления, наводило на мысль, что объектом посягательства явилось не имущество, а сам хозяин дома. Другими словами, преступником двигала не жажда стяжания, а некий личный мотив : неприязнь, сведение старых счётов и т.п. Подобное предположение автоматически ставило в центр расследования личность самого потерпевшего. Но погибший, подобно всем большим учёным, казалось, был очень далёк от меркантильных перипетий жизни обычного обывателя.
     Родившийся в 1944 г. Шварц окончил Католический университет и быстро сделал имя в американском научном сообществе. Он имел докторантуру по кафедре биофизики в Стэнфордском университете, а также в качестве приглашённого профессора читал лекции в Джорджтаунском и Мэрилендском университетах. В 1986 г. он был приглашён в открывшийся под эгидой Организации Объединённых Наций двумя годами ранее Центр Инновационых Технологий в г. Херднон. Предполагалось, что CIT возглавит международную научную кооперацию по разработке средств лечения страшнейших болезней, терзавших страны "третьего мира" ( речь прежде всего шла о СПИДе и "лихорадке Эбола" ). За 15 лет работы в CIT Роберт Шварц сделал неплохую карьеру, как научную, так и административную ; на момент смерти он фактически являлся заместителем директора по научным вопросам. В его компетенцию входил выбор направлений научного поиска, формирование исследовательской политики, распределение ресурсов между структурными подразделениями научного центра.
     В 1997 г. жена Шварца скончалась от рака. Он остался с тремя детьми - старшим сыном Джесси и двумя дочерьми - Кэтрин и Кларой. К 2001 г. дети жили уже отдельно от отца ; сын получил образование, а дочери учились в престижном частном Университете им. Джеймса Мэдисона ( англ. аббревиатура - JMU ). Пожилые родители Роберта Шварца были живы ; они постоянно проживали в городке Силвер-Спрингс в штате Мэриленд.
     Утром 12 декабря Президент CIT Энн Армстронг сделала официальное заявление, посвящённое трагической гибели своего заместителя, в котором назвала Шварца "блестящим учёным". Судебно-медицинское освидетельствование трупа было намечено на вторую половину дня 12 декабря.
     Но ещё до этого следствие получило информацию, важность которой трудно было переоценить. В результате расспросов соседей о подозрительных событиях последних дней стало известно о застрявшем неподалёку от дома Шварца автомобиле, водитель которого поздним вечером 8 декабря искал телефон, чтобы вызвать на помощь тягач. Смельчаков, готовых пустить в дом незнакомца в чёрном, среди соседей Шварца не оказалось, но кто-то, сжалившись, дал бедолаге свой сотовый телефон, чтобы тот позвонил в автосервис. Случай этот мог ничего не значить, но поскольку владелец застрявшей автомашины был не местным, его следовало проверить. Он выглядел молодым, хорошо сложённым, был одет во всё чёрное, автомашину его в ночной темноте ( да ещё в дождь со снегом !), никто из соседей Роберта Шварца не разглядел.
     Без особых затруднений полицейским удалось выяснить, куда именно позвонил незадачливый автомобилист и кто прибыл его выручать. Рассказ водителя "аварийного" грузовика из авторемонтной мастерской не только не уменьшил подозрительность полицейских, но лишь её усугубил. Выяснилось, что в автомашине ( это была чёрная "хонда" с вирджинскими номерами ) сидели три человека : два парня и девушка. Компания выглядела довольно мрачновато - все молодые люди были одеты в чёрное. Принимая во внимание поздний час ( дело шло к полуночи ) и пустынность места, можно было понять то неприятное впечатление, которое произвела эта компания на водителя грузовика-эвакуатора.
     Но даже не это особенно заинтересовало детективов. Водитель "аварийки" с абсолютной уверенностью утверждал, что причиной застревания неизвестной машины явился непродуманный разворот на просёлочной дороге перед домом Шварца. То, что манёвр этот имел место в действительности он не сомневался, поскольку ясно видел в мягком грунте колёсную колею. Получалось, что машина с тремя подозрительными молодыми людьми сначала двигалась в одну сторону, а затем именно напротив дома Шварца попыталась развернуться и поехать обратно. То обстоятельство, что попытка разворота имела место рядом с местом преступления, лишь укрепило желание детективов установить личности молодых людей, находившихся в машине, и допросить их.
     Сделать это оказалось на удивление просто. Шофёр "аварийного" грузовика записал номер вытащенной из грязи автомашины и даже опознал по фотографии из картотеки дорожной полиции молодого человека, который числился её владельцем. Звали его Майкл Пфохль ( Mike Pfohl ), родился он в 1980 г. Более того, сосед Роберта Шварца опознал в Пфохле молодого человека, попросившего телефон для вызова тягача.
     Обращение к родителям Майка обеспечило детективов адресом его фактического проживания. Молодой человек нашёл приют в доме своей 19-летней любовницы Кэтрин Инглис ( Kathy Inglis ) в небольшом городке Хэймаркет в штате Вирджиния. Парочка разместилась в доме родителей девушки, оказавшись на положении приживал, что вообще-то, весьма нехарактерно для американских традиций. Тем не менее Майк уже месяц жил в Хэймаркете, перебиваясь случайными заработками и явно не испытывая желания возвратиться домой.
     11 декабря Пфохль и Инглис были допрошены полицейскими. Молодые люди признали, что поздним вечером 8 декабря действительно подъезжали к дому Роберта Шварца, надеясь застать там младшую дочь хозяина - 19-летнюю Клару. По словам молодых людей в доме Шварца свет не горел и на звонок визитёров дверь никто так и не открыл. Предположив, что хозяева отсутствуют, они решили отправиться восвояси. Машина Пфохля, однако, при развороте застряла в грязи и им пришлось вызывать тягач из автосервиса. Кэтрин Инглис заявила, что Клара является её лучшей подругой, они вместе учились в школе и особенно сошлись в выпускном классе на почве обоюдного увлечения "ролевыми играми". В машине вместе с Кэти и Майком находился 19-летний Кайл Халберт ( Kyle Hulbert ), друг Майкла Пфохля. Все трое были хорошо знакомы с Кларой Шварц, поскольку их компания регулярно собиралась для совместных игр в стиле LARP ( "ролевое игровое действие"- перевод американской аббревиатуры не дословный, но наиболее точный по смыслу ). Последние представляли собою довольно популярное в молодёжной среде увлечение, последователи которого посвящали своё свободное время разыгрыванию различных исторических и фэнтезийных сцен "вживую", т.е. собираясь многочисленными компаниями на природе или среди каких-либо руин. "Хозяин игры" обычно задаёт правила и характеры персонажей, согласно которым участники и действуют на протяжении всей игры, руководствуясь общим сценарием и собственной логикой.
     В общем-то, ничего предосудительного в увлечении LARP не было ; пусть уж лучше молодёжь бегает по развалинам в жестяных касках и имитаторами холодного оружия, чем ширяется наркотой и совершает преступления, чтобы заработать на "дозу". Тем не менее информация о совместных играх в стиле LARP не могла не насторожить полицейских : такие игры подразумевают хорошую организацию участников, неплохие отношения внутри групп, которые могут в какой-то степени рассматриваться как прообраз криминальной организации.
     Клара Шварц была впервые опрошена полицейскими вечером 10 декабря. Она проживала в общежитии университета Мэдисона, для разговора с нею и её старшей сестрой ( которая возглавляла студенческую общину университета ) специально приехал детектив Грегори Лок. Тогда он сообщил девушкам о гибели отца. После допроса Инглис, Пфохля и Халберта 11 декабря Лок был снова направлен для разговора с Кларой Шварц в университет. Детективу надлежало проверить детали, сообщенные тремя молодыми людьми.
     И тут сразу же начались странности. Прежде всего Клара заявила детективу Локу, что никогда особенно не дружила с Пфохлем, которого знала лишь как "друга" Инглис ; что же касается Халберта, то последний вообще был едва ей знаком. Она якобы видела Кайла "раза два и не больше"; он не вызвал у неё особой симпатии, поскольку кто-то сказал Кларе, что Халберт - шизофреник. Кроме того, он был младше Клары на два года : и то, и другое вместе привело к тому, что она едва запомнила неинтересного молодого человека.
     У всей этой компании ( Инглис, Пфохль и Халберт ) по словам Клары Шварц не имелось никаких оснований приезжать в дом к её отцу вечером 8 декабря. Инглис знала, что Клара проживает в студенческом общежитии в Рокингхэме и появляется дома не чаще раза или двух в месяц. Подруги всегда могли созвониться по сотовому телефону и потому не было нужды отправляться в дом Роберта Шварца, когда сама Клара там отсутствовала.
     Показания Клары Шварц заставили полицию иначе взглянуть на версию событий, изложенную тремя подростками. Теперь их слова не вызывали доверия, стало ясно, что они что-то скрывают. Чтобы скорее разрешить возникшие неясности было решено арестовать всю троицу: арест с одной стороны позволял провести полноценный допрос в энергичной, наступательной манере, а с другой сам по себе являлся серьёзной мерой психологического подавления, способной оказать сильное воздействие на молодых людей, не имевших криминального опыта.
     Во второй половине дня 12 декабря 2001 г. Инглис, Пфохль и Халберт были арестованы. Их жилища и личные вещи подверглись досмотру, но в тот момент ничего изъято не было, поскольку никаких подозрительных следов на одежде и обуви обнаружить не удалось. Полицейские лишь забрали "винчестеры" с компьютеров молодых людей для изучения их интернет-переписки...
     Уже на первом допросе первоначальная версия событий 8 декабря неожиданно претерпела существенное изменение. Все трое заговорили о том, что помимо них в машине находился четвёртый человек - некий Генри Портер - который, якобы, и звонил в дверь дома Шварца. Вся троица, якобы, к зданию и близко не подходила. Лишь после того, как автомобиль застрял в грязи, Майк Пфохль отправился в соседний дом, чтобы вызвать по телефону тягач.
     Новая версия событий в сравнении с первоначальной выглядела ещё более недостоверной. Стало ясно, что вся троица боится продемонстрировать связь с местом преступления. В этом не было бы ничего особенно подозрительного, если бы о неизвестном Портере было упомянуто во время первых опросов детективами. Теперь же подозрения в адрес молодых людей лишь окрепли.
     Пока полиция пыталась отыскать неизвестного Генри Портера, криминалисты из службы коронёра занимались изучением улик, обнаруженных на месте преступления. Наибольший интерес вызвало бумажное полотенце, о которое убийца вытер клинок орудия убийства после того, как обмыл его под струёй воды в туалете первого этажа. На мягкой бумаге ясно отпечаталась поверхность клинка, а по величине сгиба полотенца м.б. довольно верно судить о его ширине и толщине. Вывод криминалистов оказался довольно неожиданным : преступник воспользовался для убийства отнюдь не ножом или топором, как можно было решить при первом взгляде на раны жертвы, а рубящим оружием типа кавалерийской сабли с шириной лезвия 35 мм. Выбор оружия представлялся весьма странным.
     Судебно-медицинское исследование тела Роберта Шварца проводилось 12 декабря 2001 г. Его результаты вкратце можно было свести к следующему:
        - в крови погибшего не были найдены следы спиртных напитков, седативных, либо стимулирующих препаратов, что означало его полную адекватность в момент нападения;
        - примерно за час до наступления смерти Роберт Шварц съел два горячих бутерброда с ветчиной и сыром;
        - погибший оказал нападающему отчаянное сопротивление, на что указывали многочисленные глубокие порезы ладоней и пальцев обеих рук. В процессе борьбы ему удалось схватить клинок, что и привело к появлению упомянутых ран. Во время нападения и борьбы за обладание оружием убийца никак не мог избежать попадания на собственную одежду крови жертвы ;
        - убийца нанёс Роберту Шварцу 40-45 ранений. Неопределённость числа ран при причинении подобного рода повреждений объясняется тем, что при взаимном пересечении разнонаправленных разрезов кожи происходит разделение одной раны на несколько, что затрудняет их подсчёт. Как станет ясно из дальнейшего, число ранений, полученных Робертом Шварцем, никем из официальных лиц никогда не уточнялось ; обвинительное заключение оперировало довольно расплывчатой формулировкой "более 30 ран". Тем не менее, не вызывал сомнений факт крайней жестокости нападавшего, совершившего очень кровавое убийство и причинившего своей жертве чрезмерные ранения ;
        - непосредственной причиной смерти явилась острая недостаточность сердечной деятельности, обусловленная быстрой и чрезмерной кровопотерей, развившейся на фоне болевого шока. Возможность жертвы активно сопротивляться и двигаться судебный медик ограничил двумя минутами с момента получения первых ран - нападение вряд ли продолжалось более этого времени.
     В некоторых средствах массовой информации содержались упоминания о некоем особом знаке, оставленном на шее погибшего убийцей ( Х-образном разрезе кожи ). Это дало журналистам основание подозревать особый умысел, вложенный преступником в содеянное. Высказывалось даже предполодения о ритуальном характере убийства. Однако, никаких объективных свидетельств существования подозрительной отметки ( фотографий, записи в протоколе вскрытия трупа, упоминания в обвинительном заключении и т.п. ) не существует. Поэтому
     Поскольку из дома Роберта Шварца ничего не пропало, а характер телесных повреждений указывал на крайнее ожесточение нападавшего, то в качестве мотива убийства напрашивалось предположение о неприязненных отношениях погибшего и убийцы. Это предположение автоматически означало признание факта их знакомства, что подтверждалось отсутствием следов взлома жилища. Шварц, скорее всего, сам пустил убийцу в дом, причём сделал это довольно поздно : время возвращения погибшего домой вечером 8 декабря 2001 г. удалось установить точно, кроме того, было выяснено, что он после этого успел вычистить скотный сарай и поесть. По всем прикидкам получалось, что убийца позвонил в дом своей жертвы никак не ранее 20:00 8 декабря 2001 г., т.е. примерно в то самое время, когда Инглис, Пфохль и Халберт выруливали неподалёку на своей машине.
     Несмотря на интенсивные розыски, никаких следов существования Генри Портера правоохранительным органам отыскать так и не удалось. 13 декабря арестованные молодые люди признались, что выдумали сообщение о присутствии в машине этого человека, однако, отказались объяснить для чего именно это сделали. Вынужденное признание того факта, что с их стороны имела место попытка введения следствия в заблуждение, ещё более усилило подозрительность полицейских, проводивших допросы арестованных.
     Наконец, на следующий день Кайл Халберт сделал заявление, в котором утверждал, что убийство Роберта Шварца было совершено им с целью спасения Клары Шварц, которую отец неоднократно пытался отравить. Халберт особо подчеркнул, что Пфохль и Инглис ничего не знали о его намерении совершить преступление и не должны рассматриваться в качестве соучастников. По версии Халберта события, следствием которых явилось убийство, развивались следующим образом : узнав в октябре 2001 г. из случайного разговора с Кларой Шварц, что отец будто бы пытается её отравить, он стал обдумывать различные варианты спасения девушки. В конечном итоге Кайл склонился к мысли совершить убийство Роберта Шварца - этот радикальный шаг д.б. решить проблемы Клары раз и навсегда. В качестве орудия убийства Кайл избрал 60-сантиметровый декоративный самурайский меч, которым довольно неплохо фехтовал. Этим оружием он обычно пользовался в постановках игр в стиле LARP. Понимая, что использование такого оружия приведёт к обильному кровотечению и создаст угрозу испачкать кровью жертвы собственную одежду, Халберт купил кожаные перчатки и прорезиненный водоотталкивающий плащ. Под его полой он спрятал меч. Экипированный таким образом, он приехал вместе с Инглис и Пфохлем к дому Шварца вечером 8 декабря 2001 г. и, попросив друзей подождать в автомашине, отправился "на разборку" к отцу Клары. Халберт уверял, что не был до конца уверен в том, что Роберта Шварца надо убить - окончательное решение он предполагал принять после разговора с потенциальной жертвой. Роберт Шварц пустил Кайла в дом, узнав, что тот является другом дочери. В гостиной первого этажа между ними завязался разговор, который по словам Халберта, подтвердил его самые мрачные опасения. На вопрос, для чего он хочет отравить Клару ? Роберт Шварц только рассмеялся ; когда же Халберт сказал, что ему известно о сексуальных домогательствах Роберта к дочери, тот выразился в том духе, что и самим Халбертом движет похоть. Разъярённый Кайл пустил в ход меч ; рассказывая об этом, он со смехом упомянул о том, как Роберт Шварц схватился голыми руками за лезвие, причинив тем самым глубокие порезы самому себе.
     Версия событий, произошедших в доме Роберта Шварца вечером 8 декабря, в изложении Кайла Халберта произвела на детективов двоякое впечатление. С одной стороны, осведомлённость арестанта об обстоятельствах гибели хозяина дома не вызывала сомнений. Напомним, что 14 декабря ещё никто, кроме нескольких работников правоохранительных органов, не знал о том сколько и каких ранений получил перед смертью Шварц - официальная версия гласила, что он умер от единственной раны, причинённой холодным оружием.
     Версия событий, произошедших в доме Роберта Шварца вечером 8 декабря, в изложении Кайла Халберта произвела на детективов двоякое впечатление. С одной стороны, осведомлённость арестанта об обстоятельствах гибели хозяина дома не вызывала сомнений. Напомним, что 14 декабря ещё никто не знал о том сколько и каких ранений получил перед смертью Шварц - официальная версия гласила, что он умер от единственной раны, причинённой холодным оружием. Но с другой стороны рассказ Кайла рождал множество вполне обоснованных вопросов : почему он принял близко к сердцу историю малознакомой Клары Шварц, даже если допустить, что та действительно жаловалась на преследования отца ? каким образом он добился от Роберта Шварца чтобы тот открыл ему дверь и впустил в дом ? как он объяснил Пфохлю и Инглис необходимость вечерней поездки по неизвестному адресу ? и т.д. и т.п.
     Разумеется, правоохранительными органами была проведена необходимая проверка фактической стороны сообщённых Халбертом сведений. По месту жительства последнего были изъяты предметы одежды, в которой тот совершил преступление, а также орудие убийства. При осмотре прорезиненного плаща кто-то из полицейских вспомнил, что видел точно такой же плащ на вешалке в шкафу Пфохля, при осмотре его вещей 12 декабря. При повторном обыске в доме Инглис ( где Пфохль проживал последний месяц ) действительно был обнаружен чёрный прорезиненный плащ, полностью идентичный тому, что находился у Халберта. Не составило труда выяснить, что обе вещи покупались в одном и том же магазине одновременно. А сосед, к которому Пфохль обратился с просьбой вызвать "аварийный" грузовик, припомнил, что Халберт вечером 8 декабря был облачён как раз в такой плащ.
     Получалась презанятная картина. В одной автомашине сидят два молодых человека, одетых в одинаковые плащи ( удобные для осуществления кровавого убийства, купленные в один день в одном и том же магазине ), при этом один из них является убийцей, а другой, вроде бы, совершенно не при чём. Выглядело подобное совпадение как-то очень уж подозрительно.
     Существовало ещё одно существенное соображение, которое непременно следовало принять во внимание : Кайл Халберт являлся тяжёлым параноидальным шизофреником ; его болезнь сопровождалась двигательной гиперактивностью и расщеплением личности. Последний феномен, получивший в американской психиатрии наименование "dissociative identinity disorder" ( пожалуй, наиболее точный по смыслу перевод: "расщеплённая дезорганизация самоидентификации"), в своей выраженной форме наблюдается довольно редко, но в случае с Кайлом Халбертом, видимо, м.б. говорить о его наличии. Задолго до ареста он уже утверждал, что в его душе живут три человека, каждый из которых по очереди владеет телом. Записи о такого рода признаниях содержались в документах медицинского наблюдения Халберта с 14-летнего возраста. В отличие от классических шизофреников, демонстрирующих разнообразные и выраженные нарушения волевой сферы ( например, абулию - т.е. ослабление побуждений и желаний ; аутизм - утрату контактов с окружающей действительностью и пр. ), Кайл Халберт оставался деятелен и весьма активен даже в моменты обострения заболевания. Он по меньшей мере четырежды надолго убегал из дома, а после назначения опеки - от опекунов. За шесть лет его помещали в семь опекунских семей - он конфликтовал всегда и со всеми. Франклин Брумалл ( Fr.Broomall ), в доме которого в Вудбридже Халберт проживал осенью 2001 г., рассказ полиции, что Кайл очень интересовался сатанизмом и оккультизмом, читал литературу соответствующего направления и своей одеждой, а также поведением в быту старался создать имидж человека, сведущего в колдовстве. Тяжёлое психическое нездоровье Халберта не подлежало сомнению, а это означало, что по меркам американского правосудия осудить его за убийство второй степени ( совершенноё без предварительного сговора, без соучастников, без умысла ) практически невозможно. Другими словами, если Халберт и в самом деле орудовал в одиночку, то разоблачение ему ничем, кроме направления в профильную клинику, не грозило. Идеальная кандидатура убийцы!
     Уже 14 декабря 2001 г. шериф округа Лоундаун Стивен Симпсон сделал официальное заявление для средств массовой информации, сообщив, что получено признание лица, сознавшегося в убийстве Роберта Шварца. Фамилия Халберта при этом не называлась. Шериф особо подчеркнул, что Клара Шварц не рассматривается как лицо, имеющее отношение к делу, хотя преступник был ей знаком. Впрочем, фамилия сознавшегося недолго оставалась неизвестна журналистам. Присутствовавший на пресс-конференции окружной прокурор Роберт Андерсон, отвечая на один из заданных ему вопросов, сказал, что Инглис и Пфохль в предположительной форме допустили возможность своего соучастия, т.е. "вовлечённость в планирование, выполнение и сокрытие этого запланированного убийства". Тем самым не составляло труда понять, что из арестованной троицы сознался в убийстве именно Халберт.
     Хотя накануне подозреваемые отказались от своих сообщений о присутствии в автомашине "Генри Портера", шериф Симпсон сообщил на пресс-конференции, что полиция занята розысками длинноволосого молодого блондина в круглых очках. Именно так трое арестованных описывали не существовавшего соучастника. То, что полиция ещё несколько дней продолжала искать "Портера" свидетельствовало о недоверии словам арестантов; потребовалась тщательная проверка, убедившая правоохранительные органы в том, что такой человек на территории Вирджинии никогда не проживал.
     После того, как о сознании Кайла Халберта стало широко известно, в полицию обратилась старшая из сестёр Шварц - Кэтрин - и сообщила прелюбопытнейшую историю. Согласно её рассказу, незадолго до убийства отца - в последних числах ноября 2001 г. - Кайл Халберт бывал в доме Шварца, причём он оказался там в роли... гостя Клары, младшей из сестёр. Неподалёку от городка Гамильтон, где находился дом, ставший местом преступления, участники какой-то "ролевой игры" устроили лагерь. Оттуда-то и явился Кайл Халберт, вооружённый самурайским мечом. Клара Шварц в это время находилась в доме, она впустила приятеля и познакомила его с сестрою и отцом. Халберт выглядел чрезвычайно довольным собою, хвастался своей "воинской" амуницией и с упоением рассказывал об играх в стиле LARP. По словам Кэтрин смотрелся он довольно нелепо, но этого не чувствовал. Некоторое время Шварцы общались со странноватым гостем, после чего Клара увела его из дома.
     Рассказ этот объяснял то, каким образом убийца вечером 8 декабря попал на место преступления : Роберт Шварц знал Халберта как друга младшей дочери, а потому безбоязненно открыл перед ним дверь.
     Вместе с тем, полученная информация заставляла усомниться в искренности рассказа Клары Шварц о её отношениях с Халбертом. Напомним, что будучи допрошенной детективом Грэгори Локом, она утверждала, будто видела убийцу своего отца "всего-то раза два". Теперь же получалось, что она не только видела его, но даже приглашала в собственный дом и знакомила с отцом.
     Сообщение Кэтрин Шварц побудило детективов тщательно изучить взаимоотношения погибшего с собственными детьми. Контакты отца со старшими из них - сыном Джесси и дочерью Кэтрин - выглядели вполне простыми и понятными : Роберт любил детей и они платили ему взаимностью. К 2001 г. они уже выросли в разумных, адекватных членов общества, которыми по праву могли гордиться любые родители. С Кларой Шварц всё обстояло несколько сложнее. В последнем классе средней школы она увлеклась субкультурой "готов" с соответствующими атрибутикой и антисоциальными проявлениями. Девочка рано попробовала наркотики и секс, водила в высшей степени подозрительные знакомства. Клара доставила отцу много головной боли. Стремясь оторвать дочь от маргинальной "тусовки", Роберт Шварц купил ей лошадь для занятий верховой ездой. После того, как лошадь пала из-за болезни, он купил вторую. В последнем классе средней школы Клара заинтересовалась играми в стиле LARP. Это увлечение отец расценил как своего рода благополучную альтернативу разного рода нездоровым молодёжным тусовкам. В каком-то смысле это действительно оказалось так, Клара вроде бы сделалась рассудительнее, круг её общения резко изменился и притом в лучшую сторону. Однако в этих играх стали усугубляться и явственнее проявляться некоторые негативные черты характера Клары, прежде всего стремление властвовать, нетерпимость к чужому мнению, жестокость. Девочка окончательно отдалилась от отца и остальных родственников, сделалась равнодушнее.
     Детективы внимательно изучили содержание жёстких дисков с компьютеров арестованных и обнаружили там большое количество записей из чатов поклонников LARP-игр. Записи эти многое сообщили следствию о взаимоотношениях арестантов. Прежде всего выяснилось, что все трое - Инглис, Пфохль и Халберт - образовывали единую команду, группу, игравшую всегда вместе. Руководителем этой группы оказалась... Клара Шварц. Внутри игры она обладала властью Бога : распределяла роли, давала новые вводные, сообразуясь с которыми игроки д.б. поступать, принимала решения об эффективности предпринятых игроками действий, выступала в роли третейского судьи при спорах. Остальные члены группы находились по отношению к ней в безусловно подчинённом положении. Интересно, что в интернет-переписке Клара Шварц пользовалась именем "Богиня Хаоса", а Халберт подписывался nic'ом "Демон".
     Обычно группа устраивала LARP-постановки самостоятельно, совершенно автономно, но время от времени принимала участие в больших слётах многих подобных групп. Подобные "тусовки" на языке LARP-фанатов назывались "фестивалями", в них порой участвовало по несколько десятков групп со всего штата. Кстати, на одном из таких фестивалей в начале октября 2001 г. Кайл Халберт и познакомился с Кларой Шварц. А в конце ноября 2001 г. подобный "фестиваль" состоялся на острове Вирджин-айсленд неподалёку от города Гамильтон, т.е. того самого места, где находился дом Роберта Шварца. Тогда-то Клара Шварц и привезла Кайла Халберта в дом отца, познакомив будущего убийцу с жертвой и своей старшей сестрой. Т.о. рассказ Кэтрин Шварц о визите Кайла Халберта получил подтверждение.
     Кроме того, изучение детективами содержимого электронных почтовых ящиков арестантов позволило обнаружить большое количество писем от Клары Шварц. В некоторых из них содержались упоминания о человеке, которого Клара именовала "очень старый пень". Она ни разу не назвала его по имени, но из текста м.б. заключить, что речь шла о погибшем отце Клары - Роберте Шварце.
     Изучая среду, в которой вращались арестованные молодые люди, детективы установили, что в августе-сентябре 2001 г. Клара Шварц поддерживала интимные отношения с неким Патриком Хоусом. Это был симпатичный, спортивный шатен в возрасте 21 года, обычно принимавший на себя в LARP-постановках роль ассасина (т.е. профессионального убийцы) или вора. Одно время он был членом "бригады Клары Шварц", но в начале осени отошёл от этой группы; фактически его место занял Кайл Халберт. Не могло быть сомнений в том, что Патрик Хоус прекрасной информирован о делах LARP-тусовки вообще и Клары Шварц в частности.
     Детективы вступили в контакт с молодым человеком и тот после некоторых колебаний дал развёрнутые показания о характере своих отношений с Кларой. Он рассказал, что некоторое время являлся любовником Клары Шварц. Также он сообщил, что последняя неоднократно обращалась к нему с предложением... убить собственного отца. В качестве мотива выступали соображения корыстного свойства : Роберт Шварц имел, якобы, на руках большую сумму денег, которую Клара в случае его смерти без труда смогла бы заполучить. По её словам речь шла по меньшей мере о 300 тыс.$. Эти деньги Клара предлагала потратить на совместное с Патриком кругосветное путешествие. Хоус клялся, что рассуждения на подобную тему слышал от любовницы неоднократно, но до поры не придавал им значения, полагая, что кровожадные планы Клары являются всего лишь следствием дурного расположения духа. Лишь убедившись, что девушка всерьёз намерена лишить отца жизни, он категорически отказался помогать ей в этом и разорвал с нею отношения. Произошло это ( разрыв отношений ) в первой половине сентября 2001 г. Хоус утверждал, что Пфохль и Инглис также, как и он, знали о кровожадных намерениях Клары…
     Патрик Хоус оказался ключевым свидетелем, его показания означали прорыв в расследовании. И самое главное заключалось в том, что теперь с их помощью м.б. заставить говорить двух других подозреваемых - Инглис и Пфохля - всё ещё глухо запиравшихся и не признававших соучастия.
     Слабейшим звеном оказалась Кэти Инглис, что, в общем-то, не должно удивлять. Узнав о показаниях Патрика Хоуса, девушка приняла решение вступить с правоохранительными органами в сделку : в обмен на невыдвижение против неё обвинения в убийстве первой степени, Инглис обязалась сообщить всю известную ей информацию о деле и свидетельствовать против Клары Шварц в суде, если в этом возникнет необходимость.
     Рассказ Кэтрин Инглис вкратце сводился к следующему : Клара в кругу друзей действительно неоднократно высказывалась на тему о возможном физическом устранении своего отца. Первоначально, когда Патрик Хоус ещё являлся членом группы фанатов LARP-постановок, Клара мотивировала своё желание материальными интересами. После ссоры с Патриком, отказавшимся помогать ей в убийстве и покинувшим группу, Клара быстро подыскала ему замену. Место Хоуса занял 18-летний Кайл Халберт, дружок Майкла Пфохля, с которым Клара Шварц познакомилась в октябре 2001 г. на фестивале фанатов LARP-игр в городе Краунсвилл ( Crownsville ). Клара вступила в интимные отношения с Кайлом, полностью подчинив себе молодого человека, жившего в полуфантастическом мире грёз и видений. Памятуя о неудачной попытке "вербовки" Патрика Хоуса, девушка выбрала совсем иную мотивацию своей ненависти к отцу. Она стала доказывать Кайлу, будто Роберт Шварц после смерти жены попытался совратить её, для чего предпринимал различные действия развратного характера. Теперь же, когда Клара выросла, отец начал опасаться возможной компрометации с её стороны и чтобы устранить эту угрозу, предпринял несколько попыток отравления. Клара говорила друзьям, будто ей известно по меньшей мере о 14 таких попытках.
     Кэтрин Инглис утверждала, что однажды - где-то в ноябре 2001 г.- вся их компания стала свидетелем такой "попытки отравления" в одном из ресторанов. Тогда Кларе Шварц подали сильно перчёное мясо ; Клара заявила, что мясо отравлено, а острая приправа призвана заглушить горечь яда. "Отец, видимо, подкупил кого-то из поваров,"- уверенно заявила Клара. Возразить ей никто не осмелился. Компания в спешке покинула ресторан и более туда не возвращалась.
     Инглис подчёркивала, что поведение Клары в этом и некоторых других подобных случаях всегда выглядело очень достоверным. Её доводы представлялись столь убедительны, что никому из друзей не приходило в голову их оспаривать. Кроме того, высказать недоверие словам Клары значило вызвать с её стороны антагонизм, а этого никто в их тесной компании не желал. Поэтому когда Кайл Халберт заявил о своём намерении защитить Клару Шварц от преследований отца, его никто не попытался отговорить. Более того, Майкл Пфохль даже вызвался помочь будущему убийце в реализации плана. Дело ему нашлось - Пфохлю предстояло привезти Кайла Халберта к месту преступления и отвезти его обратно на автомашине, кроме того, Пфохль д.б. в случае необходимости помочь своему товарищу совершить убийство.
     Как заявила Кэти Инглис, накануне преступления Клара вручила Кайлу Халберту чек на 60 $. На эти деньги подельники осуществили необходимую подготовку: купили два одинаковых прорезиненных плаща, перчатки и шапки-балаклавы ( вязаные шапочки с прорезями для глаз и рта, используемые спецназом ). Кроме того, Халберт купил телефонную карту, которой ему предстояло воспользоваться после преступления, чтобы сообщить Кларе о результате нападения. Телефонный звонок с помощью подобной карты не мог быть отслежен в случае полицейского расследования. Инглис отправилась в поездку с молодыми людьми для того, чтобы укрепить их решимость и придать уверенности в своих силах. С её стороны никакого активного участия в преступлении не планировалось.
     Как утверждала Инглис, убийство было совершено Халбертом в одиночку, участия Пфохля не потребовалось. Тот просидел всё время в машине. После того, как Халберт, совершив убийство, вернулся из дома Шварца, Пфохль стал разворачивать автомобиль, съехал с дороги и застрял. Ему пришлось отправиться в один из ближайших домов, чтобы вызвать эвакуатор ; Халберт идти отказался, поскольку весь был в крови. Пфохль допустил фатальную ошибку, непростительную для шофёра : все профессиональные преступники знают, что ещё до начала нападения автомобиль, на котором предполагается покидать место преступления, должен быть развёрнут в нужном направлении и стоять с работающим мотором ( именно поэтому все служебные инструкции сотрудников служб безопасности, инкассаторов и телохранителей предписывают обращать особое внимание на припаркованные автомобили с работающими моторами ; наличие такого автомобиля поблизости от охраняемого объекта рассматривается как признак подозрительной деятельности ). Непродуманные и крайне непрофессиональные действия подельников привели к тому, что номер их автомашины стал известен водителю грузовика-эвакуатора. Они поняли, что "засветились", но не придумав никакого продуктивного плана по спасению ситуации, решили положиться "на авось".
     Самонадеянность сыграла с киллерами злую шутку. После первого допроса полицией, имевшего место 11 декабря, они запаниковали и собрались вместе, чтобы обсудить, как действовать дальше. Коллективный разум спасовал, подельники не придумали ничего умнее, как утверждать в дальнейшем, будто в автомашине вместе с ним сидел "некий Генри Портер", который, мол-де, и покидал салон с неизвестной целью. Полицейские и следователь окружной прокуратуры должны были подумать, будто именно "Генри Портер" и совершил убийство. Выдумка оказалась на редкость неудачна, её разоблачение, как уже знает читатель, не потребовала от правоохранительных органов больших усилий.
     Готовность Кэтрин Инглис сотрудничать со следствием вывело расследование преступления на финишную прямую. 1 февраля 2002 г. в 16:20 Клара Шварц была арестована на глазах своих товарищей прямо на пороге студенческого общежития в городке Рокингхэм, куда возвращалась после занятий в университете. Арест её вызвал шок среди всех, кто был знаком с девушкой. Особенно потрясёнными выглядели дед и бабка ( родители погибшего Роберта Шварца ), у которых Клара жила после 10 декабря ( Тут, пожалуй, необходимо добавить, что девушка после убийства отца не только не ночевала в родном доме, но даже ни разу не побывала там после похорон ). В первых числах февраля многие газеты и новостные телевизионные программы сообщили подробности расследования убийства Роберта Шварца и взяли интервью у её знакомых. Все опрошенные характеризовали её как разумную, уравновешенную девушку и выражали сомнения в справедливости выдвинутых обвинений.
     Арестованная потребовала допуска к ней адвоката. 5 февраля 2002 г. во время слушания в суде вопроса о правомерности заключения под стражу, Клара Шварц заявила о несправедливости обвинения в совершении убийства первой степени. Адвокат Джеймс Коннелл тут же огласил ходатайство об освобождении арестованной под залог. Помощник окружного прокурора Дженнифер Векстон, представлявшая обвинение, сообщила судье, что в рамках расследования выявлено множество фактов, указывающих на причастность Клары Шварц к убийству отца. Векстон привела с дюжину пунктов, призванных подтвердить это утверждение - от электронных писем Клары, в которых она именовала отца не иначе как "очень старый пень", до передачи чека в 60 $ убийце накануне совершения им преступления. Судья отклонил ходатайство защиты об освобождении арестованной под залог и Клара осталась под стражей.
     Поначалу прокуратура решила организовать два судебных процесса : на одном д.б. предстать Клара Шварц и Кайл Халберт ( т.е. главный зачинщик и исполнитель убийства ), на другом - Кэтрин Инглис и Майкл Пфохль ( соучастники преступления ). Клара, несмотря на разоблачительные показания Инглис и Хоуса, так и не признала свою вину. Она выбрала неординарную защиту, о чём будет сказано чуть ниже.
     Халберт в конце-концов благоразумно признал факт сговора с Пфохлем : всё-таки факт покупки одинаковых прорезиненных плащей был довольно-таки красноречив. Его защита делала упор на психическое заболевание, которое подтвердило обследование, проведённое в июле-сентябре 2002 г. Чуть позже - в конце 2002 г. - было проведено ещё одно, углублённое, психиатрическое обследование (т.н. экспертиза доктора Дима, результаты которой и были в дальнейшем представлены в суде ). Майкл Пфохль - самый старший из подсудимых - запирался дольше всех. В принципе, это упорство имело под собой основание : все улики против него были косвенны и базировались на голословных утверждениях свидетелей обвинения. Пфохль не появлялся на месте преступления, не имел при себе оружия, не предпринимал мер по сокрытию следов или запутыванию расследования ( как шофёр он мог бы, например, раздобыть для своей машины чужие номерные знаки или попробовать изменить свою внешность, но ничего подобного не сделал ). Майкл явно рассчитывал построить свою защиту в суде на том, чтобы изобразить из себя человека, которого "использовали втёмную". Про Кэтрин Инглис было уже сказано выше : вступив в сговор в прокуратурой, она тем самым избежала обвинения в убийстве первой степени ( ей инкриминировалось соучастие в убийстве второй степени - это было самое мягкое обвинение из всех возможных ).
     Однако, к концу лета 2002 г. планы прокуратуры изменились и суд над Кларой Шварц и Кайлом Халбертом было решено разбить на два независимых процесса. Логика этого решения заключалась, видимо, в том, что добиться осуждения обвиняемых на раздельных процессах было проще, чем на одном.
     Суд на Кларой Шварц под председательством судьи Томаса Хорна открылся 8 октября 2002 г. Клару защищала группа адвокатов во главе с упоминавшимся выше Джеймсом Коннеллом, обвинителем на процессе являлась помощник окружного прокурора Дженнифер Векстон. В качестве свидетелей обвинения были допрошены более 20 человек : коллеги Роберта Шварца, его соседи, родители, а также Патрик Хоус, Кайл Халберт и Кэтрин Инглис.