На главную.
СЕРИЙНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ. Загадки без ответов.

Серийные убийства подростков в Атланте: историческая реконструкция и криминалистические версии.
( интернет-версия* )

©А.И.Ракитин, 2004
©"Загадочные преступления прошлого", 2004

Страницы:    (1)     (2)     (3)      (4)     (5)     (6)      (7)      (8)

стр. 6


     Патологоанатомическое исследование показало, что причиной смерти Уильяма Баррета явилось удушение. Молодой человек получил также удар ножом в грудь, но убийца пустил в ход нож уже после смерти жертвы. Возможно, применение ножа явилось для преступника своего рода экспериментом в применении нового для него оружия. Если бы убийцей двигал гнев - главный мотив при нанесении жертве явно чрезмерных ранений - то преступник не ограничился бы одним ударом.

   
рис. 6: Джон Портер, 28-и лет, и Уильям Баррет, 17 лет, оказались в числе последних официально признанных жертв "убийцы подростков" из Атланты. Оба являлись чернокожими, имели уголовное прошлое и гомосексуальный опыт.


     Мать погибшего сообщила детективам о том, что её сын получал угрозы от неких "наёмных убийц", возможно, тех людей, с которыми его связывало преступное прошлое. Но скоро выяснилось, что Уильям Баррет поддерживал интимную связь с неким белым педерастом, имевшим судимость за педофилию. Этот же самый педераст имел интимные отношения и с Луби Джитером, гомопроституткой, похищенным 3 января 1981 г. На этом основании Баррет попал в список жертв "охотника за детьми".

     То обстоятельство, что тело Баррета не было убийцей брошено в реку, наводило на мысль о бесполезности установленного за мостами наблюдения. Вполне могло быть, что преступник узнал о расставленных на него силках и в силу этого полицейские засады потеряли всякий смысл. Тем не менее, по окончании второй недели наблюдения за мостами руководство полиции Атланты решило оставить там полицейские посты ещё на неделю.
     Наконец, подошла к концу и третья неделя, столь же безрезультатная, что и предыдущие. В 6 часов утра 22 мая 1981 г. наблюдение за переправами д. б. быть снято, как не оправдавшее себя.
     Примерно в 2.15 ночи на пустой мост через реку Чаттахучи известный под названием "Джексон-парквей" въехал автомобиль.


рис. 7: Мост через реку Чаттахучи, с которого, согласно официальной версии, атлантский "охотник за детьми" в ночь на 22 мая 1981 г. сбросил свою последнюю жертву.

Машина двигалась с юга на север, из округа Фултон в округ Кобб. На небольшой скорости она проследовала мимо Фредди Джекобса, слушателя местной полицейской академии, наблюдавшего за мостом с юга, и удалилсь в темноту. Дежуривший на северной стороне моста другой слушатель академии Боб Кэмпбелл наблюдал за одинокой приближавшейся автомашиной и отметил, что она неожиданно остановилась на мосту, затем раздался шум воды, как будто что-то крупное упало в реку, после чего машина продолжила движение. Остановка заняла примерно 30-40 секунд. Произошедшее показалось Кэмпбеллу весьма подозрительным и он немедленно сообщил о случившемся патрульному Карлу Холдену, находившемуся со своей машиной позади винного магазина неподалёку от моста. Тот немедленно пристроился за таинственным автомобилем, но к нему не приближался, дабы не вызвать подозрений водителя.
     Через некоторое время на место Холдена заступил автомобиль наружного наблюдения атлантского управления ФБР, которым управлял специальный агент Грегори Джилланд. Он "подтянулся" к объекту наблюдения поближе и определил, что перед ним "шевроле"-купе 1970 г. белого цвета. Проверка автомобильного номера показала, что машина принадлежит некоему Уэйну Бертраму Уилльямсу, чернокожему мужчине 1958 г. рождения. После некоторых колебаний руководители "целевой группы" санкционировали остановку "шевроле" и допрос водителя. Надо сказать, что рассматривался и другой вариант действий - установка скрытого наблюдения за подозрительной машиной - но от него отказались ввиду того, что он мог потребовать слишком значительных затрат времени и сил.
     Джилланд остановил белый "шевроле" и проверил документы сидевшего за рулём человека. Им оказался владелец машины Уэйн Уилльямс. На вопрос о цели своей ночной поездки тот спокойно ответил, что является промоутером, разыскивающим и продвигающим молодые песенные таланты. По его словам в ночь на 22 мая он направлялся на встречу с "очень одарённой певицей" Черил Джонсон. Уильямс сообщил агенту ФБР телефон и адрес "очень одарённой певицы". Грегори Джилланд сообщил в управление ФБР полученную информацию, которую там немедленно проверили. Выяснилось, что телефонного номера, сообщённого Уилльямсом, не существует, а в мотеле, где якобы проживает "Черил Джонсон", её никто не знает. Джилланд вернулся к белому "шевроле", сообщил Уилльямсу о том, что тот задержан, после чего попросил его пересесть в свою машину.
     Можно без преувеличения сказать, что с этого момента дело о расследовании убийств чернокожих подростков в Атланте вступило в новую стадию, куда более спорную, нежели предыдущая.
     В силу понятных причин личность Уэйна Бертрама Уилльямса привлекла к себе повышенное внимание полиции и ФБР. Родившийся 27 мая 1958 г. в семье школьных учителей Гомера и Фэй Уилльямс мальчик был назван Уэйном; уже с самых малых лет он демонстрировал недюженную смекалку и сообразительность. Фантазёр, чрезвычайно изобретательный выдумщик, Уэйн имел богатое воображение и прекрасную память. Он прекрасно учился и закончил школу с отличием. Увлекался электронной музыкой, имел дома синтезатор; кроме того, Уилльямс хорошо изучил фотодело и устроил у себя в доме настояющую фотолабораторию. Последнее было нетипично для США, в которых основная масса населения предпочитала проявку отснятой плёнки и печать фотоснимков осуществлять в специальных сервисных центрах. Поступив в местный университет, Уэйн Уилльямс отучился там один год, после чего забросил учёбу и принялся продвигать некоторые из своих "бизнес-проектов".
     Первым из таких проектов явилась УКВ-радиостанция "Ski", устроенная Уэйном в гараже родительского дома. По вечерам Уилльямс выходил в эфир с передачами, которые сам же готовил. Тематика радиостанции не блистала оригинальностью: Уэйн крутил музыку, в основном никому не известных исполнителей, давал в эфир новостные блоки, а также приглашал в "студию" людей, которых в силу тех или иных причин считал интересными собеседниками.
     Другой из "бизнес-проектов" Уэйна Уилльямса состоял в том, чтобы отыскать "нового Стиви Уандера", негритянского певца, способного вырасти в рок-звезду национального масштаба. Уэйн твёрдо верил, что используя ресурс своей радиостанции, он сумеет "раскрутить" никому не известного "чёрного парня с гитарой", стать его промоутером и заработать на этом миллионы. Уилльямс верил в "американскую мечту" или, по крайней мере, старательно делал вид, что верит. Он объезжал негритянские кварталы Атланты на своём "шевроле", заговаривал с местными жителями, брал у них интервью и интересовался, знают ли они "парней, умеюших петь" ? Таким вот образом он искал никому не известных певцов...
     Наконец, ещё один "бизнес-проект" Уилльямса состоял в том, что он работой папарацци. Оборудовав свой автомобиль радиостанцией, перекрывавшей диапазон "полицейских" волн, Уэйн получил возможность прослушивать открытые переговоры уличных патрулей, благодаря чему всегда был в курсе криминальных и разного рода скандальных новостей. Узнав о каком-либо происшествии, Уилльямс мчался в указанный район, стремясь оказаться там ранее полиции и журналистов. Прибыв на место инциндента он спешил сфотографировать происходящее для того, чтобы продать полученный материал в газеты, журналы или на телевидение. В своей машине Уилльямс всегда возил фотоаппарат, оборудованный широкоугольным объективом для съёмки с большого расстояния, и большую профессиональную видеокамеру. После задержания Уэйна многие полицейские вспомнили, что очень часто встречали его в местах обнаружения детских трупов: Уилльямс фотографировал действия полиции из-за оцепления. Самым большим его успехом на поприще папарацци следует считать заснятую Уилльямсом катастрофу пассажирского самолёта в аэропорту Атланты; плёнку с видеозаписью этого пожара купили у Уэйна несколько телеканалов, благодаря чему тот заработал довольно большие деньги. Некоторые фотоматериалы Уилльямса покупала редакция журнала "Джет"; Уэйн утверждал, что с редактором этого журнала Б. Хуксом он имеет дружеские отношения, хотя последний этого не признал.
     Несмотря на высокую активность и неумеренную амбициозность ни на одном из своих поприщ Уилльямс к 24 годам особенных успехов так и не достиг. Хотя некоторые из отснятых материалов ему удавалось продавать редакциям газет и журналов, финансовая независимость так к нему и не пришла; он продолжал оставаться на иждивении родителей. Его разнообразные прихоти, покупка дорогостоящей радио-, видео- и фототехники оплачивались из доходов отца и матери, весьма, кстати, скромных.
     Во время первого допроса в атлантском управлении ФБР, продолжавшегося без малого 6 часов, задержанный вёл себя очень уверенно и даже нахально. Убедившись в том, что его рассказ о ночной поездке к "перспективной певице Черил Джонсон" опровергнут и он не в силах доказательно подтвердить собственную правдивость, Уилльямс замкнулся и отказался что-либо объяснять. Он потребовал либо формального выдвижения обвинения, либо освобождения. Уилльямс так и не сказал для чего он останавливался на мосту "Джексон-парквей" и что именно бросил в воду. Если точнее - он вообще не признал факт остановки. В тот момент никто в правоохранительных органах не был готов санкционировать неподготовленный арест. Поэтому Уилльямса в конце-концов отпустили. Выйдя из здания ФБР, он долгое время ходил вокруг него кругами, видимо, не находя сил уйти с этого места. Подобное поведение можно было объяснить внутренними переживаниями и глубоким сомнением в правильности избранной линии поведения; возможно, Уилльямс раздумывал над тем, не следует ли ему вернуться и сделать заявление. Кстати, полицейская практика свидетельствует, что невиновные люди так себя не ведут.
     Уже в ходе первого допроса Уэйн Уилльямс продемонстрировал сотрудникам ФБР самую сильную черту своей личности - сверхвыдержанный характер. Он не раздражался, не поддавался на провокации, не реагировал на выпады, призванные заставить его волноваться; выбрав однажды тактику поведения, он оставался ей верен до конца. Вместе с тем, подозреваемый показал и свои слабые стороны: неумеренное тщеславие, хвастливость, лживость.

      
рис. 8: Фотографии Уэйна Уилльямса разных лет: на левом снимке арест в июне 1981 г.; на центральном - Уилльямс в автомобиле перед зданием суда в январе 1982 г.; на правом - во время интервью журналисту Фрэнку Ски в феврале 2005 г..


     Проверка нового подозреваемого с самого начала велась в двух направлениях: 1) полиция и ФБР принялись тщательно изучать окружение Уэйна Уилльямса, дабы вскрыть его связь с жертвами "охотника за детьми", если таковая существовала, и 2) с полудня 22 мая началось тщательное изучение дна и берегов реки Чаттахучи с целью обнаружения предмета, который был выброшен подозреваемым.
     Сбор материалов об Уэйне Уилльямсе позволил следствию сделать несколько важных открытий:
     1) Оказалось, что в 1976 г. полиция Атланты задерживала его за то, что он переоборудовал свой автомобиль, имитировав внешний вид машин полиции ( установил красные фонари перед решёткой радиатора и синий спецсигнал на приборной панели ). На такой машине Уэйн Уилльямс разъезжал по городу, выдавая себя за "детектива в штатском". Тщедушный 18-летний "детектив" быстро вызвал подозрения в свой адрес, что позволило быстро пресечь его действия;
     2) Несмотря на все старания ни ФБР, ни полиция так и не смогли отыскать ни одной женщины, с которой Уилльямс имел бы интимные отношения. К 24 годам он фактически не имел секса с женщиной, что в силу очевидных соображений представлялось чрезвычайно подозрительным. При этом Уилльямс категорически отверг все подозрения в своей гомосексуальности, а его родители с пеной у рта доказывали, что их ребёнок "абсолютно нормален";
     3) Практически все, знавшие Уилльямса, отмечали его странную, прямо-таки патологическую лживость. Он врал даже в тех случаях, когда не преследовал никакой меркантильной цели и даже угроза разоблачения не останавливала его лжи. Так, например, Уилльямс часто рассказывал, что служил лётчиком-истребителем в ВВС, хотя очки с сильными диоптриями, которые он постоянно носил, красноречиво разоблачали эту ложь. Видимо, Уэйн совершенно не мог контролировать своих позывов к вранью.
     Уилльямс, узнав, что детективы встречаются с его бывшими одноклассниками, соседями и друзьями, предпринял довольно неожиданный шаг. Буквально через два дня после задержания он собрал пресс-конференцию, на которую пригласил местных теле- и газетных журналистов, которым рассказал о "заговоре" против себя, устроенном ФБР. Уэйн раздал всем участникам пресс-конференции резюме о самом себе ( которое сам же заблаговременно и составил ), в котором весьма пафосно описал собственные человеческие и интеллектуальные качества, разумеется, в высшей степени неординарные. На пресс-конференции Уилльямс заявил, что "власти ищут козла отпущения"; также он утверждал, что все подозрения в его адрес "беспочвенны" и он имеет надёжное alibi.
     По словам Уэйна днём 21 мая он играл в баскетбол в спортивном центре Бенджамина Хилла, после чего отправился домой. По его домашнему телефону позвонила некая Черил Джонсон, которая попросила "прослушать её песни и использовать их для трансляции по радио". Уилльямс утверждал, что для него это обычная практика, многие неизвестные негритянские парни и девушки исполняли песни для его радиостанции "ski". Черил Джонсон назвала адрес, находившийся вне пределов Атланты, в городке Смирна, и попросила приехать к ней в 7.00 утра 22 мая. После полуночи, согласно рассказу Уилльямса, он отправился в ресторан "Сан-Суси", где покушал и потанцевал. В подтверждение своих слов Уилльямс продемонстрировал на пресс-конференции счёт из этого ресторана. Затем он поехал в г. Смирна, где безуспешно пытался отыскать квартиру Черил Джонсон. Решил свериться, правильно ли записал адрес, остановил автомашину возле винного магазина и позвонил по телефону, оставленному Черил. Телефон был занят. Уилльямс покружил по городу некоторое время и затем позвонил вторично, для чего остановился на Джексон-бульваре. Ему ответили, что он неправильно набирает номер и "никакой Черил Джонсон тут нет". Уилльямс решил ещё раз отправиться по адресу, указанному девушкой, чтобы поискать её получше, для чего и проехал через мост "Джексон-парквей", разумеется, без остановки; вскоре после этого он был остановлен и полиция вызвала его на допрос.
     Для доказательства своей невиновности Уилльямс прибёг с такому силлогизму: если я действительно знаю, что Черил Джонсон не существует, а её номер телефона является вымышленным, то почему я на них сослался при задержании, позволив быстро уличить самого себя во лжи ? Пассаж этот с одной стороны весьма спорен, а с другой - характерен для логики Уилльямса, полной скрытого самодовольства и уверенности в собственном интеллектуальном превосходстве.
     В целом же рассказ Уэйна Уилльямса звучал весьма убедительно, благодаря чему многие журналисты приняли его точку зрения. Да и сам дружелюбно улыбавшийся подозреваемый, словоохотливый и эрудированный, производил весьма приятное впечатление. Впоследствии версия о фальсификации дела сотрудниками ФБР получила довольно широкое распространение ( о чём подробнее будет сказано ниже ).
     Между тем, в то самое время, когда Уилльямс распинался перед журналистами, полицейские извлекали из воды реки Чаттахучи ниже по течению моста "Джексон-парквей" нагое тело чернокожего мужчины. Им оказался 27-летний Натаниэль Кейтер. Патологоанатом затруднился с определением причины смерти, записав в акте "предположительно асфиксия". По его мнению труп находился в воде более двух суток, т. е. его сбросили в реку не позже ночи с 21 на 22 мая.
     Кроме того, детективы тщательнейшим образом занялась проверили представленные Уилльямсом сведения о его alibi. В этом направлении полицию ждали интересные открытия. Оказалось, что никто из работников центра досуга Бена Хилла не мог вспомнить игравшего в баскетбол 21 мая Уэйна. И никто из работников ресторана "Сан-Суси" не видел его там в ночь с 21 на 22 мая. Зато Уэйн Уилльямс появился там на следующий день. Надо ли уточнять, что представленный им ресторанный счёт по странному совпадению не имел даты ?
     Когда на очередном допросе Уилльямсу сообщили о том, что никто из ресторанной обслуги не может вспомнить его посещение в ночь с 21 мая на 22, подозреваемый поспешил сделать уточнение, что ни к кому из работников ресторана "Сан-Суси" ни с какими вопросами не обращался. Т. о. alibi он вроде бы имел, да только никто этого подтвердить не мог. К моменту второго допроса Уилльямса полицейские уже знали, что подозреваемый имел контакты с некоторыми из жертв "охотника за детьми". В частности, Уилльямс приглашал для выступлений в эфире своей радиостанции качестве начинающего певца Билли Баррета, погибшего 12 мая 1981 г. Стало известно, что Уилльямс бывал в доме погибшего и был знаком с его матерью; точно также и Баррет бывал в доме подозреваемого. На следующий день после обнаружения трупа Баррета подозреваемый явился к его матери с букетом цветов и словами сочувствия, а полицейские фотографы, проводившие оперативную съёмку похорон, зафиксировали появление Уилльямса на траурной церемонии. Кроме того, выяснилось, что Уилльямс провёл в 1980-81 гг. несколько радиопередач, посвящённых убийствам подростков в Атланте. Некоторые из сотрудников оперативного полицейского штаба припомнили, что встречали Уилльямса в местах обнаружения трупов детей и подростков; подозреваемый подолгу внимательно наблюдал за действиями полиции, проводя видео- и фотосъёмку из-за ограждения. Поэтому неудивительно, что в ходе допроса полицейские стали расспрашивать Уилльямса о рабочих материалах его радиостанции, записях, которые он делал в ходе подготовки передач, о домашнем видео- и фотоархиве и т. п. вещах.
     Каково же было удивление оперативников, осуществлявших круглосуточное наблюдение за домом Уилльямса, когда на следующий день отец подозреваемого устроил во дворе дома настоящее auto-de-fе из видео- и магнитофонных плёнок, разного рода бумаг и фотографий. Позже выяснилось, что отец и сын сожгли все бумаги, так или иначе связанные с радиопередачами. Архив Уэйна Уилльямса, способный по общему мнению пролить свет на многие обстоятельства жизни последнего, оказался полностью уничтожен.
     Кроме того, Уэйн вместе с родителями устроил генеральную уборку дома и гаража, в ходе которой вся мебель и все ковровые покрытия подверглись влажной чистке. Уэйн, вооружившись пылесосом и губкой с моющим средством, тщательнейшим образом намыл салон своего автомобиля. Причина, побудившая семью Уилльямсов столь деятельно озаботиться наведением чистоты, лежит на поверхности: они готовились к полицейскому обыску.
     Разумеется, то обстоятельство, что подозреваемый весьма деятельно противодействовал полиции в установлении истины, поставило на повестку дня вопрос о его аресте. Однако, серьёзных улик против Уэйна Уилльямса не существовало. Конечно, его поведение в ночь с 21 на 22 мая 1981 г. выглядело весьма подозрительным, но Уэйн был вовсе не обязан объяснять мотивы своих поступков кому бы то ни было. Доказать же его вину никак не получалось.
     Немаловажным подспорьем для обвинения могло бы стать обнаружение в доме и автомобиле подозреваемого микроволокон, идентичных тем, что были обнаружены на некоторых трупах подростков. Прокурор округа Фултон Льюис Слейтон санкционировал проведение обыска в ходе которого сотрудники ФБР пылесосом "прошли" всю мебель в доме Уилльямсов, а также обивку салона автомашины Уэйна. Несмотря на тщательную уборку родителей и самого подозреваемого, криминалисты получили богатейший материал для исследований. Уже первые результаты изучения изъятых в ходе обыска ворсинок оказались весьма обнадёживающими: они совпадали с теми волокнами, что оказывались найдены в разное время на различных трупах. В общей сложности анализ более чем 700 образцов ворсистых материалов из дома и машины Уилльямса, растянувшийся более чем на три месяца, дал 28 совпадений типов и окраски ворса, происходившего из 19 изделий, с теми волокнами, что были найдены на 10 трупах подростков и молодых людей, а именно:
        - Альфреда Эванса;
        - Эрика Миддлбрукса;
        - Чарльза Стафенса;
        - Уильяма Баррета;
        - Терри Пью;
        - Джона Портера;
        - Луби Джитера;
        - Джозефа Белла;
        - Патрика Балтазара;
        - Ларри Роджерса.
     Раньше всех из этого списка исчез Альфред Эванс, произошло это 24 июля 1979 г. Т. о. невольно напрашивалась мысль о том, что Уэйн Уилльямс причастен ко всему тому смертельному сериалу, что тянулся в Атланте с лета 79-го года. Трасологический анализ наводил на мысль о том, что подозреваемый довольно близко общался с подростками, найденными впоследствии убитыми: он катал их в своей машине, водил по своему дому, на некоторых из жертв оказались следы ворса из различных помещений в доме Уилльямса.
     Важно отметить, что криминалистам ФБР удалось отыскать и ворсинки с одежды погибших подростков на мебели в доме подозреваемых. Акты экспертиз зафиксировали 5 таких случаев. Тот факт, что многие из жертв "охотника за детьми" бывали в доме Уэйна Уилльямса теперь не подлежал сомнению. Подозреваемый держал дома собаку - немецкую овчарку - шерсть которой походила на ту шерсть, что удавалось обнаружить на нескольких трупах. Кроме того, наличие в доме агрессивной собаки вполне отвечало психологическому портрету, выработанному сотрудниками ФБР.
     Между тем, сам Уэйн категорически отрицал факт знакомства с большим числом ( по меньшей мере с десятком ! ) погибших подростков. Будучи припёртым с стенке неопровержимыми доказательствами, он вынужденно признал, что довольно хорошо знал Баррета, погибшего в мае 1981 г., но категорически отверг возможную связь с другими жертвами. Разумеется, своё утверждение Уэйн сопровождалл оговорками, что, дескать, он допускает возможность того, что ему доводилось беседовать с кем-то, кто впоследствии погиб от рук неизвестного маньяка; такое общение могло иметь место, скажем, на улице или в магазине, но подобный разговор был всего лишь только случайностью и подобное общение не сопровождалось личным знакомством. Разумеется, подобное запирательство, опровергаемое убедительными результатами трасологических экспертиз, лишь возбуждало всё большее недоверие к словам Уэйна Уилльямса.
     Оперативный штаб обратился в окружную прокуратуру с просьбой санкционировать арест подозреваемого, но прокурор Слейтон отказалася дать такую санкцию лишь на основании результатов исследования ворса. Подобные свидетельства всё же представлялись весьма зыбкими и притом ни в чём прямо не уличали Уэйна Уилльямса. Требовалось представить какие-то иные улики.
     С течением времени такие улики были найдены. Полицейским удалось отыскать двух свидетелей, которые независимо друг от друга в разное время видели на руках Уэйна повреждения, похожие на следы борьбы; один из них говорил о ссадинах, другой о следе от укуса.

     Кроме того, повторными допросами знакомых и родственников погибших подростков было установлено, что Уэйн Уилльямс общался со многими из них, предлагал выступить в передаче своей радиостанции и т. п. Следует, правда, отметить то обстоятельство, что показания эти оставляют впечатление внушённых, т. е. дополненных задним числом. В своё время никто из допрошенных не упоминал об Уэйне Уилльямсе ( иначе, он непременно попал бы в поле зрения полиции и после неоднократных подтверждений его связей с погибшими, непременно стал бы объектом серьёзной оперативной разработки, чего на самом деле не произошло ) и странное улучшение памяти свидетелей представляется весьма подозрительным.
     Тем не менее, получение свидетельских показаний направленных, хоть и косвенно, против Уэйна Уилльямса дало основание окружному прокурору 21 июня 1981 г. выписать ордер на его арест. В тот же день Уэйн был взят под стражу.
     Формально он обвинялся только в двух убийствах: Джимми Пейна и Натаниела Кейтера. Причина смерти первого из них судебным медиком в точности установлена не была - это могло быть как убийство, так и самоубийство. Джимми Рэй Пейн уже совершал попытки суицида, поэтому вероятность того, что он покончил с собою, была достаточно высокой. Для того, чтобы придать обвинению бОльший вес, прокуратура обратилась в полицейское бюро судебно-медицинских исследований с просьбой пересмотреть сделанное ранее заключение. Просьба эта, разумеется, была абсолютно незаконна и недопустима; долгое время факт подобного обращения держался в тайне и лишь через полгода, в самом конце 1981 г. об этом стало известно широкой общественности.
     Не всё обстояло гладко и с обвинением Уэйна Уилльямса в убийстве Кейтера. Дело было в том, что ряд свидетелей - всего их оказалось четверо - заявили, будто видели Натаниела Кейтера утром 22 мая 1981 г. живым и здоровым. Согласно же официальной полицейской версии Натаниел погиб в ночь с 21 на 22 мая около полуночи или часа ночи, во всяком случае, к рассвету его труп уже был брошен в реку. Детективы, проводившие допросы, пытались убедить свидетелей в том, что те путают даты и говорят об утре 21 или даже 20 мая, но один из свидетелей - 39-летний Джимми Энтони - доказал полицейским, что его показания совершенно точны. Он сослался на то, что в ходе утреннего разговора с Натаниелом Кейтером они обсудили результат матча по американскому футболу, состоявшийся 21 мая, а значит разговор мог состояться только утром 22 числа.
     Показания Джимми Энтони были засекречены прокуратурой, которая не позволила защите Уэйна Уилльямса своевременно ознакомиться с ними. Речь об этом пойдёт ниже. Пока же важно отметить, что с самого начала прокуратура стояла на весьма зыбкой почве: убедившись в связи обвиняемого по меньшей мере с десятком жертв серийного убийцы, она ограничилась обвинением лишь в двух эпизодах, причём весьма и весьма спорных. Впоследствии, после открытия следственных материалов предствителям защиты Уилльямса, выяснилось, что его проверяли на причастность к 22 (!) убийствам подростков, но ни в одном из случаев сколь-нибудь серьёзных улик получено не было.
     Определённые сложности возникли с определением места подсудности Уилльямса. Напомним, что жертвы атлантского "охотника за подростками" в разное время были найдены на территории разных округов - Кобб, Де Калб, Рокдейл и Фултон. В конечном итоге министерство юстиции склонилось к тому, что судебный процесс должен быть проведён в округе Фултон, поскольку Уэйн Уилльямс, согласно версии обвинения, именно там убил Натаниела Кейтера, труп которого сбросил с моста "Джексон-парквей". На протяжении почти пяти месяцев, вплоть до декабря 1981 г., окружная прокуратура округа Фултон шлифовала обвинительное заключение. В конечном итоге вся сумма доказательств ( т. н. "тело доказательства" по терминологии американской юриспруденции ) причастности Уэйна Уилльямса в убийствам подросков в Атланте в 1979-81 гг. свелась к следующему:
        - Один из свидетелей обвинения утверждал, что видел, как 14-летний Джозеф Белл, исчезнувший 2 марта 1981 г., садился в тёмный "шевроле" за рулём которого находился Уэйн Уилльямс;
        - Два молодых чернокожих подростка утверждали, что обвиняемый обращался к ним с предложениями сексуального характера;
        - В автомашине Уэйна Уилльямса были найдены 5 замытых пятен крови. Их группы соответствовали группам крови Уильяма Баррета, погибшего 11 мая 1981 г., и Джона Портера, чей труп был найден 21 апреля 1981 г.;
        - Свидетель обвинения, жена друга Уэйна Уилльямса, утверждала, будто тот в начале июня 1981 г. признался в том, что действительно убивал подростков и даже рассказал как именно это делал. По её словам, Уилльямс сказал следующее: "Я душил мальчишек через несколько минут после того, как сажал в свою машину";
    

( на предыдущую страницу )                                               ( на следующую страницу )



eXTReMe Tracker