На главную.
Фотоархив. Сектанты, маньяки, серийные убийцы.

Фотоархив.



   На представленный ниже текстовой материал распространяется действие Закона РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I "Об авторском праве и смежных правах" (с изменениями от 19 июля 1995 г., 20 июля 2004 г.). Удаление размещённых на этой странице знаков "копирайт" ( либо замещение их иными ) при копировании даных материалов и последующем их воспроизведении в электронных сетях, является грубейшим нарушением ст.9 ("Возникновение авторского права. Презумпция авторства.") упомянутого Закона. Использование материалов, размещённых в качестве содержательного контента, при изготовлении разного рода печатной продукции ( антологий, альманахов, хрестоматий и пр.), без указания источника их происхождения (т.е. сайта "Загадочные преступления прошлого"(http://www.murders.ru/)) является грубейшим нарушением ст.11 ("Авторское право составителей сборников и других составных произведений") всё того же Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах".
    Раздел V ("Защита авторских и смежных прав") упомянутого Закона, а также часть 4 ГК РФ, предоставляют создателям сайта "Загадочные преступления прошлого" широкие возможности по преследованию плагиаторов в суде и защите своих имущественных интересов ( получения с ответчиков: а)компенсации, б)возмещения морального вреда и в)упущенной выгоды ) на протяжении 70 лет с момента возникновения нашего авторского права ( т.е. по меньше мере до 2077 г.).

©А.И.Ракитин, 2009-2016 гг.
©"Загадочные преступления прошлого", 2009-2016 гг.


Братья Кожепаровы (1997 г., Уфа).

стр.1                       стр.2


     В высшей степени необычная криминальная история, послужившая темой нескольких телеперадач центральных телеканалов и большого числа отдельных репортажей и журналистских расследований, произошла летом 1997 г. в России, в г. Уфе. Если считать официальную версию тех событий достоверной, то аналогий этому случаю, пожалуй, не удастся отыскать во всей мировой истории уголовного сыска.
     Начало криминальной драме положило нападение на 5-летнего мальчика, произошедшее примерно в 20:20 2 июня в подъезде дома №100/2 по Комсомольской улице в г.Уфе. Потерпевший едва вышел за дверь квартиры, чтобы отправиться погулять и не успел даже оказаться на улице, как его остановил неизвестный мужчина, набросил на шею шнурок и, придушив, попытался совершить анальный половой акт. Впрочем, эти детали выяснились позже, поначалу произошедшее выяглядело как несчатный случай : лицо ребёнка было залито кровью, обильно сочившейся из глаз, а сам он находился без сознания.
     Прибывший экипаж "Скорой помощи" сумел привести пострадавшего в чувство, однако мальчик не смог объяснить произошедшего. Он практически ничего не помнил из того, что случилось с ним после выхода из квартиры - подобные провалы памяти характерны для случаев, связанных с потерей сознания. Вплоть до осмотра мальчика в больнице никто даже не высказывал подозрений о возможной криминальной причине случившегося.
     Однако врачебный осмотр показал, что шее потерпевшего имеется отчётливый странгуляционный след. Исследование глаз показало, что преступник по 5-6 раз проколол иглой каждое глазное яблоко. Очевидно, это было сделано для исключения возможности опознания потерпевшим в случае, если тот останется жив.
     История нападения на Комсомольской улице вызвала шок не только родителей потерпевшего, но и персонала Центральной Клинической больницы №17, где проходил лечение мальчик. Правоохранительные органы, здраво рассудив, что скандальную историю не удастся скрыть от общественности, решили информировать горожан до того, как произошедшее обрастёт немыслимыми слухами. Розыск преступника, проводимый в рамках этого расследования, с самого начала оказался, пожалуй, самым гласным за всю историю Уфы.
     Сотрудники уголовного розыска проводили розыск свидетелей нападения. Им удалось отыскать двух сестёр, видевших потерпевшего в подъезде вместе с неизвестным мужчиной, а также нескольких человек, также видевших издалека предполагаемого преступника. На третий день с момента нападения стала возвращаться память и к мальчику, он смог вспомнить обратившегося к нему с каким-то вопросом незнакомого человека, возрастом "как папа". Благодаря всем этим свидетельствам правоохранительные органы получили в своё распоряжение первые описания насильника, а художник смог нарисовать его первые субъективные портреты. Они несколько различались между собою : мальчик говорил, что напавший был "одет в спортивную куртку цветом, как трава" и имел светлые волосы, другие же свидетели утверждали, что на незнакомце была рубашка и волосы его были вьющимися и рыжеватыми. Тем не менее в основном описания довольно хорошо согласовывались и дополняли друг друга.
     Стало ясно, что нападение на Комсомольской улице совершено усатым мужчиной в возрасте 32-37 лет, ростом до 170 см., среднего телосложения, имевшим светлые, рыжеватые волосы средней длины. Имея на руках такое описание, сотрудники уголовного розыска приступили к проверке лиц, прежде судимых за сексуальные преступления. Проверка же психически ненормальных много времени не потребовала - выяснилось, что по данным медицинских учерждений соответствующего профиля за период 1976-96 гг. представители этого специфического контингента не совершили на территории Уфы ни одного нападения с выкалыванием глаз. Во всех районных отделах милиции были созданы группы быстрого реагирования, призванные выезжать на проверку сообщений о подозрительных мужчинах. Надо сказать, что именно благодаря созданию таких специализированных групп двумя годами ранее в Уфе был пойман серийный насильник Насибуллин, терроризировавший город несколько лет ( на счету этого сексуального хищника по официальной статистике числилось 8 изнасилований и 1 убийство, причём вполне возможно, что настоящее число эпизодов много больше ).
     Горожане, информированные через средства массовой ниформации о преступлении на Комсомольской улице, вели себя довольно бдительно ; в течение 10 дней территориальные отделы милиции приняли несколько десятков сообщений о подозрительных одиноких мужчинах, проводивших время во дворах и возле детских площадок. Во всех случаях прибывшие наряды сотрудников внутренних дел устанавливали их личности и полученную информацию передавали следственной группе для последующей проверки.
     Тем не менее, вся эта активность не позволила избежать нового нападения. 13 июня 1997 г. около 14:00 неизвестный мужчина напал на 10-летнюю девочку в лифте дома №5/7 по ул.Авроры. Для этого он остановил лифт между 7 и 8 этажами, придушил жертву руками и видимо предпринял попытку осуществить с нею половой акт. Однако, ему помешала женщина, вышедшая на лестничную клетку. Преступник, так и не произведя коитус, осуществил семяизвержение на трусики жертвы и, выйдя из лифта, убежал по лестнице.
     В момент обнаружения пострадавшей, та находилась в бессознательном состоянии. Как и при нападении 2 июня наблюдалось обильное кровотечение из-под век, кроме того, как стало ясно впоследствии, жертва получила сотрясение мозга в результате неоднократных ударов головой о стенку кабины лифта. Девочка сопротивлялась нападавшему и из-под её ногтей были получены частицы его эпидермиса. Кроме того, на одежде пострадавшей были найдены микроволокна смесовой ткани, происходившей, видимо, от одежды преступника.
     Опросом свидетелей было установлено, что предполагаемый преступник некоторое время сидел на скамейке во дворе, наблюдая за игравшими детьми, где его видели многочисленные свидетели. Их описания позволили не только уточнить имевшийся в распоряжении следствия словесный портрет, но и составить композиционный фотопортрет, имевший в сравнении с рисунками художника, бОльшую наглядность и достоверность. В последующие дни этот фоторобот был распространён во всех людных местах и общественных учреждениях города.

    

После двух нападений "выкалывателя глаз" правоохранительные органы Уфы располагали уже довольно неплохим описанием внешности подозреваемого.


        Анализ нападения 13 июня на ул. Авроры показал почти полное совпадение его основных элементов с нападением 2 июня на ул.Комсомольской :
        - Жертвами в обоих случаях явились дети;
        - Местами преступлений оказывались подъезды жилых домов (лестничная площадка в одном случае и лифт - в другом);
        - Оба раза нападения начинались с попыток душения жертв. Факт, что преступник предпочитал иметь дело с лишившейся сознания ( или даже умершей ) жертвой, ясно указывал на его некрофильские наклонности ( другими словами, подавляющее большинство насильников желают наблюдать реакцию жертв на собственные действия, находя в этом дополнительное психоэмоциональное стимулирование, но в данных случаях это было не так );
        - В обоих нападениях преступник причинил своим жертвам довольно специфические травмы - нанёс глазным яблокам от 5 до 8 проколов медицинской иглой. Проколы наносились при открытых веках в то время, когда дети находились без сознания в результате душения. Подобное специфическое травмирование м.б. рассматривать как своеобразную "сигнатуру" преступника, узнаваемый знак, который позволял уверенно связать воедино оба случая. В тот момент ещё ничего не было известно о совместной работе доктора А.Бухановского и американского профессора А.Фелзоуза ( Alan R. Felthous ), посвящённой анализу мотивации манипуляций серийных преступников с глазами жертв ( об этом исследовании, прямо относящимся к теме настоящего повествования, уважаемый доктор А.Бухановский впервые рассказал через год, в сентябре 1998 г., на 2-й Международной научной конференции "Серийные убийства и социальная агрессия" в г. Ростов-на-Дону ). Так что к этому аспекту нападений предстоит ещё вернуться чуть позже.
     Нападения на ул.Комсомола и ул.Авроры стали рассматриваться как эпизоды одного дела. Трудно сказать, в каком бы направлении пошёл розыск далее, но 15 июня произошло событие, фактически положившее ему конец : неизвестный "выкалыватель глаз" был опознан. Ответ на вопрос "как это случилось?" с течением времени претерпел несколько модификаций. Первоначально считалось, что опознал преступника некий оперативный сотрудник уголовного розыска, знавший его, как говорится, "в личность". Тогда не совсем понятно, почему этот сотрудник не опознал преступника ранее, ведь уже с 6 июня стали широко известны портреты последнего, имевшие, кстати, довольно большое с ним сходство. Для ответа на этот вопрос первоначальная версия была уточнена - оперативник в первой половине июне выезжал из города в командировку и не знал, что творится в Уфе. Такое, безусловно, бывает, оперативным сотрудникам приходится иногда выезжать в командировки, однако изменение первоначальной версии этим не ограничилось. Через какое-то время было сообщено, что предполагаемого преступника опознал совсем другой человек, некогда проживавший с ним по соседству. Упоминания же об офицере-оперативнике исчезли. Получалось, что скромный милиционер отказался от лавров разоблачителя опасного преступника. Такая вот метаморфоза...
     По композиционному портрету был опознан некий Михаил Александрович Кожепаров, вплоть до 1995 г. проживавший в общежитии на улице Комсомола, совсем неподалёку от места первого нападения "выкалывателя глаз". Совпадение, что и говорить, выглядело многообещающе. Ещё более многообещающим казалось прекрасное соответствие Михаила приметам разыскиваемого преступника. К делу была приобщена фотография 1992 г., на которой Кожепаров изображён вместе с сыном ; на голове Михаила красуется копна ярко-рыжих волос. Фотография сделана зимой, летом же волосы Кожепарова выгорали на Солнце и превращались в светло-соломенные с чуть заметной рыжиной, довольно своеобразного, надо сказать, цвета.
     Помимо этих весьма красноречивых совпадений имелось и ещё одно, хотя и косвенное, но чрезвычайно многозначительное. Михаил Кожепаров был женат вторым браком, супругу свою он взял в жёны, когда ей было... 17 лет (причиной брака послужила беременность, хотя Михаил, разумеется, утверждал, что двигало им серьёзное чувство). Половую жизнь с будущей женою 30-летний мужик начал, когда девочке исполнилось всего-то 14 лет! Педофилия в чистом виде... (тут надо оговориться, что в период 1996-2004 гг. подобное сожительство в России не влекло уголовной ответственности, поскольку "возраст согласия" несовершеннолетнего партнёра определялся в 14 лет. В этом наша страна соответствовала таким светочам демократии, как Ботствана, Болгария, Китай, Косово, Того, Эстония, Канада. Ниже "порог согласия" был только в таких замечательных странах, как Панама, Чили, Нигерия, Гайана, Буркина-Фасо и Зимбабве. Не совсем понятно, что помешало титанам мысли из тогдашней Гос.Думы применить на отечественных просторах замечательный опыт Зимбабве или Буркина-Фасо по раннему растлению подростающего поколения. В 2004 г. "возраст согласия" был в России увеличен до 16 лет - это сугубо на заметку ярым анти-путинистам и сторонникам "истинной демократии" ельцинской формации.)
     Т.о. Михаил Кожепаров не только хорошо знал район Комсомольской улицы, где было совершено первое нападение на ребёнка, не только хорошо соответствовал имевшемуся в распоряжении следствия словесному портрету, но и задолго до описываемых событий демонстрировал устойчивые педофильские наклонности.
     Летом 1997 г. Михаил Кожепаров проживал в небольшом городке Аша, на территории Челябинской области, почти в 100 км. от Уфы, в доме №12 по ул.Лесная. Туда-то 16 июня и направился целый караван милицейских автомашин из столицы Башкирии : оперативники уголовного розыска, группа захвата местного ОМОНа. Было известно, что у Михаила Кожепарова есть два брата, мало ли как мужики встретят непрошенных гостей в милицейских погонах... Впопыхах забыли согласовать операцию с местной властью, ведь Аша согласно границам административного деления, подпадала под юрисдицию челябинской областной прокуратуры и милиции. Но это уже была мелочь на фоне безусловного успеха уфимских следователей.
     Михаил Кожепаров был задержан 16 июня 1997 г. В ходе дознания и следствия он неоднократно менял свои показания, первоначально отвергая обвинения в свой адрес, затем их признавая и, наконец, снова отрицая.
     Родившийся в 1959 г. Михаил являлся средним из трёх братьев ( старший - Виктор, младший - Владимир ). Он единственный получил высшее образование, работал учителем, в лихие реформенные годы перебивался случайными заработками, но в целом не бедствовал. До 1995 г. жил в Уфе, затем после развода с женою уехал к матери в Ашу. По словам знавших его людей, Михаил Кожепаров не был алкоголиком, но выпивал изрядно, в состоянии алкогольного опьянения был подвержен резким переменам настроения, становился гневлив и весьма агрессивен. Впрочем, слабостью к спиртному отличались все три брата...
  

Михаил Александрович Кожепаров в 1997 г. и 2005 г. Заметно, как состарили его 8 лет пребывания под стражей. Нельзя не признать, что в 1997 г. его внешний облик соответствовал описанию разыскиваемого преступника почти стопроцентно.


     Как было сказано, Михаил первоначально отвергал все подозрения в свой адрес, утверждая, будто имеет на 13 июня твёрдое alibi. Согласно его уверениям в этот день он вместе с братьями разгружал машину с дровами во дворе собственного дома ( если точнее, дома матери - Пелагеи Кожепаровой ). В подтверждение того, что упомянутая разгрузка имела место именно 13 июня, а не в другой день, Михаил приводил такой довод : дату он запомнил хорошо потому, что 12 июня являлось государственным праздником РФ ( День независимости ) и дрова они разгружали как раз на следующий день после праздника. Версию о разгрузке машины помимо братьев подкрепляли показания двух незаинтересованных свидетелей - водителя грузовика Самсонова и соседа Бикулова, помогавшем с разгрузкой. Поименованные свидетели подтвердили заявления Михаила Кожепарова и его братьев о разгрузке машины, тем самым обеспечив обвиняемому alibi. Твёрдого же alibi на 2 июня 1997 г. ( дату первого нападения ) подозреваемый представить не смог.
     Однако вся эта защита продержалась едва ли полтора дня.
     Ещё в период дознания, т.е. до официального выдвижения обвинения, Михаил Кожепаров собственноручно написал признательные показания, в которых вину за нападения 2 и 13 июня 1997 г. принял на себя. Он сообщал существенные детали обоих эпизодов и прояснял некоторые неочевидные моменты. В частности, отсутствием эрекции он обосновал тот факт, что пострадавший 2 июня мальчик не подвергся изнасилованию ( уже в момент нападения преступник понял, что не в состоянии осуществить половой акт ). Согласно официальной версии событий на отказ Михаила Кожепарова от выбранной линии защиты повлияли результаты цитологической судебно-медицинской экспертизы биологического материала, изъятого из-под ногтей девочки, пострадавшей 13 июня. Из них следовало, что Михаил Кожепаров входит в число возможных источников этого материала. Хотя эта экспертиза не является столь точной, как генетическая, всё же она резко сужала ( до нескольких процентов мужского населения ) круг возможных подозреваемых. И Михаил Кожепаров в этот круг попадал. Результаты цитологической экспертизы дополнили предварительные данные трасологической, объектом которой явились смесовые волокна, обнаруженные на руках и одежде пострадавшей 13 июня девочки. Эти волокна не принадлежали её одежде и с большой долей вероятности происходили от одежды нападавшего. Трасологическая экспертиза также не исключила Кожепарова из числа подозреваемых, поскольку в его доме были найдены брюки из смесовой ткани, состав которой был идентичен составу обнаруженных на жертве волокон.
     Хотя ни один из вышеназванных доводов ( соответствие словесному портрету, результаты цитологической и трасологической экспертиз ) не уличали Михаила Кожепарова однозначно, всё же их совпадение превращало его в очень перспективного подозреваемого. Поэтому признание им вины явилось шагом вполне оправданным, ибо таковое признание становилось единственным шансом добиться снисхождения суда.
     В последней декаде июня 1997 г. Михаил Кожепаров во время следственных экспериментов (т.н. "выводок на местности") на местах совершения преступлений показал последовательность своих действий во время нападений, раскрыл их логическое обоснование и мотивацию. В ходе "выводки" в районе Комсомольской улицы 24 июня обвиняемый,в частности, рассказал свою версию событий, связанных с нападением 2 июня на мальчика. На этом рассказе следует остановиться особо, поскольку в контексте последующих событий он окажется весьма важен. Кожепаров заявил, что встретил свою жертву на улице, в стороне от дома, завёл мальчика в кусты, где принялся его душить. Вскоре, однако, он испугался того, что задушил мальчика насмерть. Подняв его на руки, он перенёс свою жертву в подъезд, рассчитывая, что там мальчика быстрее обнаружат и окажут помощь. Вместе с тем, понимая, что пострадавший сможет его опознать, Кожепаров решил ослепить мальчика, для чего нанёс последнему проколы глазных яблок иглой для инсулиновых инъекций (иглу он носил вместе со шприцем в кармане, шприц выполнял роль рукоятки, а пластиковый колпачок на иголке исключал случайное саморанение сквозь одежду).
     Такая версия событий противоречила объективным данным, которыми располагало следствие, но Кожепаров этого не знал. Было нетрудно понять, что именно побудило его сконструировать озвученный рассказ : в нём он представал не как убийца, а как насильник, причём неудачный! Ведь он не только не убил мальчика, но напротив, испугался за его жизнь и вроде как принял меры к его спасению... Предложенная им трактовка событий позволяла обвиняемому просить снисхождения суда ( и рассчитывать на оное ).

     В июле-августе 1997 г. Михаил Кожепаров был направлен на психолого-психиатрическую экспертизу, которую проходил стационарно. В деле возникла некоторая пауза, которую следователь прокуратуры Галеев попытался использовать для проверки alibi обвиняемого. 5 августа в Уфу были вызваны свидетели, подтверждавшие факт разгрузки дров Михаилом Кожепаровым 13 июня - его младший брат Виктор, сосед Бикулов и шофёр грузовой автомашины Самсонов. Все трое прибыли одной электричкой к 14 часам, их допросы заняли примерно 1,5 часа ; соответственно после 15:30 часов все трое были предоставлены сами себе.
     Допросы этих свидетелей дали немало пищи для размышлений. Если Владимир Кожепаров ни на йоту не отступил от своих прежних заявлений и продолжал утверждать, будто 13 июня брат целый день пробыл в его обществе, то Бикулов и Самсонов отказались от первоначальных показаний. Узнав, что Михаила Кожепарова обвиняют в попытках изнасилований и убийств детей, они, не сговариваясь, заявили, что не помнят точной даты разгрузки дров. Они и раньше её не помнили, но Виктор Кожепаров ещё в июне уговорил их назвать на допросах именно 13 июня дабы спасти брата от обвинения "по хулиганской статье". В знак благодарности младший брат обещал "напоить и накормить обоих", в общем, как говорят теперь, "накрыть поляну". Желая спасти Михаила Кожепарова от колонии за незначительное правонарушение, оба сердобольных друга согласились в июне дать ложные показания ; теперь же, узнав, что обвиняется он в тяжких преступлениях против детей, решили сказать правду.
     Такова официальная версия изменения показаний двух важнейших свидетелей. К этому изменению свидетельских показаний ещё придётся возвратиться, пока же следует подчеркнуть, что 5 августа 1997 г. Михаил Кожепаров остался фактически без alibi.
     Впрочем, в тот самый день имело место ещё одно происшествие с куда более серьёзными последствиями. Именно из-за него история братьев Кожепаровых попала на страницы нашего сайта. В тот день в интервале 16:20 - 16:45 в Уфе в подъезде дома №25/1 по улице Авроры произошло нападение на 14-летнюю девочку. Напомним, что на этой же самой улице Авроры Михаил Кожепаров, как считало следствие, 13 июня попытался изнасиловать и убить 10-летнюю девочку.
     Теперь нападение закончилось умерщвлением жертвы. Как показало судебно-медицинское исследование, непосредственной причиной смерти явилась механическая асфиксия - душение руками. Погибшая подверглась вагинальному изнасилованию, в распоряжение судебных медиков попали образцы спермы насильника. И самое главное : глазные яблоки замученной девочки были неоднократно проколоты тонкой медицинской иглой, вроде тех, что используются для инъекций инсулина. Число проколов глаз превышало 30.
     Из-под ногтей жертвы были извлечены микрочастицы кожи, предположительно принадлежавшей убийце. Это свидетельствовало о возможном повреждении его кожных покровов на открытых частях тела (руках, шее, лице). Кроме того, из подногтевого содержимого были извлечены микроволокна хлопкового трикотажа, происходившего, видимо, от футболки нападавшего. Это тоже могло оказать помощь в идентификации личности преступника.
     Убийство 5 августа вызвало в правоохранительных органах состояние близкое к панике - уж больно это нападение в своих существенных деталях напоминало эпизоды 2 и 13 июня. Виктимологический и поведенческий анализы свидетельствовали о том, что во всех трёх случаях действовал один и тот же дерзкий и жестокий преступник.
     В самом деле :
        - Жертвой нападения 5 августа явилась девочка-подросток 14 лет ( в предыдущих эпизодах это были дети 5 с половиной и 10 лет );
        - Во всех трёх случаях преступник действовал в непосредственной близости от мест проживания детей, в подъездах, где находились их квартиры. В последнем случае труп своей жертвы убийца оставил у мусоропровода между 8 и 9 этажами, буквально у самой квартиры девочки, находившейся на 9 этаже;
        - Во всех случаях преступник осуществлял душение детей, доводя его степени потери сознания жертвой. В первом эпизоде для душения использовался шнурок, во втором и третьем - преступник действовал руками ;
        - Сексуальный мотив по крайней мере второго и третьего эпизодов сомнений не вызывал, поскольку преступник осуществил на месте преступления семяизвержение;
        - Во всех трёх случаях преступник осуществил неоднократные прокалывания обоих глазных яблок своих жертв;
        - Во всех трёх случаях выкалывания глаз осуществлялись тонкой инсулиновой иглой. Видимо насильник носил с собою шприц для инъекций, которым пользовался для проведения этих манипуляций.
 

предыдущая страница                                  следующая страница

eXTReMe Tracker