На главную.
СЕРИЙНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ. Серийные убийцы.

Изувер из Сиднея.

( интернет-версия* )


   На представленный ниже очерк распространяется действие Закона РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I "Об авторском праве и смежных правах" (с изменениями от 19 июля 1995 г., 20 июля 2004 г.). Удаление размещённых на этой странице знаков "копирайт" ( либо замещение их иными ) при копировании даных материалов и последующем их воспроизведении в электронных сетях, является грубейшим нарушением ст.9 ("Возникновение авторского права. Презумпция авторства.") упомянутого Закона. Использование материалов, размещённых в качестве содержательного контента, при изготовлении разного рода печатной продукции ( антологий, альманахов, хрестоматий и пр.), без указания источника их происхождения (т.е. сайта "Загадочные преступления прошлого"(http://www.murders.ru/)) является грубейшим нарушением ст.11 ("Авторское право составителей сборников и других составных произведений") всё того же Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах".
    Раздел V ("Защита авторских и смежных прав") упомянутого Закона, а также часть 4 ГК РФ, предоставляют создателям сайта "Загадочные преступления прошлого" широкие возможности по преследованию плагиаторов в суде и защите своих имущественных интересов ( получения с ответчиков: а)компенсации, б)возмещения морального вреда и в)упущенной выгоды ) на протяжении 70 лет с момента возникновения нашего авторского права ( т.е. по меньше мере до 2069 г.).

©А.И.Ракитин, 2004 г.
©"Загадочные преступления прошлого", 2004 г.


    По закону жанра завязка классического детектива начинается с кровавого загадочного убийства, совершенного в мрачном безлюдном месте темной дождливой ночью. Неприветливая погода столь часто становилась элементом сюжета детектива, что упоминание о буйстве cил природы сделалось банальным. Между тем, в скверную погоду подчас действительно происходят весьма мрачные прступления.
     Серия убийств самого известного автралийского маньяка началась как раз при подобных обстоятельствах.
     Июнь в Австралии - зимний месяц. Объявленное 4 июня 1961 г. штормовое предупреждение принесло городам на тихоокеанском побережии шквалистый ветер и проливной дождь. Именно под этим отвратительным холодным дождем субботним вечером 4 июня 1961 г. в Грин-парке города Сиднея, буквально напротив госпиталя Св. Винсента был убит неизвестный бродяга
    Полицейский патруль, обнаруживший на следующее утро обезображенное тело, был шокирован изуверским характером преступления. Лицо, шея, грудь погибшего были покрыты множественными ножевыми ранениями. Горло жертвы было рассечено до позвоночника. Преступник ударил погибшего ножом более 30 раз. Наиболее отталкивающе выглядела нижняя часть тела убитого мужчины, намеренно обнаженая преступником : нападавший отрезал и унес с cобою гениталии жертвы.
    Ночной ливень смыл все следы, так что полиции не осталось никаких свидетельств пребывания убийцы на месте преступления. Поскольку орудие преступления возле трупа не было найдено, полицейские решили осмотреть дно Сиднейского залива рядом с набережной, до которой в этом месте парка было немногим более ста метров. Ножа водолаз не нашел, но вместо него поднял из воды пенис и мошонку убитого, которые преступник бросил в океан
    Дактилоскопирование трупа позволило быстро установить личность погибшего. Им оказался некий Альфред Реджинальд Гринфилд, 41 года. Ранее он задерживался за бродяжничество и потому состоял в списках криминального учета. Впрочем, серьезных правонарушений Гринфилд никогда не совершал ; по рассказам приятелей человеком он был незлобивым и вполне мирным, из категории тех людей, которых в России называют "тихими алкоголиками".
     Судя по наличию в карманах погибшего мелких денег, он не был ограблен, что снимало подозрения с окрестных бомжей
    Тот факт, что преступник посягнул на половые органы своей жертвы, сразу же натолкнул полицию на предположение об убийстве на почве ревности. Известно, что бродяги нередко образуют устойчивые разнополые пары во многом аналогичные семьям в традиционном обществе. Поэтому следствие озаботилось розысками любовницы погибшего из той же среды, к которой принадлежал сам покойный.
    Примечательно, что на этом этапе расследования никому и в голову не пришло исследовать вопрос о возможной гомосексуальной подоплеке убийства. Многие бомжи, особенно с уголовным прошлым, склонны образовывать именно гомосексуальные пары ; в этой среде процент подобных "союзов" много выше, чем в нормальном человеческом обществе. Тем не менее, в июне 1961 г. никто в Сиднее об этом всерьез не задумался.
    Убийство Гринфилда при всей его отталкивающей жестокости не привлекло особенного внимания прессы. Произошло это прежде всего потому, что сама полиция отнеслась к расследованию откровенно прохладно, не усмотрев в случившемся ничего экстраординарного.
    Когда по прошествии месяца стало ясно, что расследование нисколько не продвинулось вперед, городскими властями была объявлена премия за ценную информацию об убийце. Величина выплаты должна была составить 1 тыс. английских фунтов-стерлингов. Вознаграждение это осталось невостребованным : никто так и не сообщил сколь-нибудь существенной информации, способной пролить свет на обстоятельства этого загадочного и бесперцендентно жестокого убийства.
    Миновали 4,5 месяца и новое кошмарное убийство потрясло Сидней. В 5.30 утра 22 ноября 1961 г. в полицейский участок района Мур в восточной части Сиднея поступил анонимный телефонный звонок. Мужской голос односложной фразой сообщил, что в общественном туалете в парке Мур находится труп ; после этого телефонная трубка была повешена. Личность звонившего так и не была установлена.
    Отправившийся по указанному адресу полицейский наряд обнаружил следы кровавой вакханалии : пол и стены туалета были забрызганы кровью, кровь широким ручьем стекала в сток в полу. По помещению нельзя было пройти, не испачкав в крови обувь. Посреди туалета на спине лежал мужской труп со спущенными до колен брюками и трусами. Лицо, шея, грудь погибшего носили следы многочисленных беспорядочных ножевых ранений ; горло было проткнуто тычком ножа ; гениталии оказались отрезаны и найти их не удалось. Это означало, что убийца унес их с собою. Рядом с телом стояла почти пустая бутылка из-под пива. Ее осмотр привел криминалистов к заключению о том, что убийца тщательно вымыл бытылку под краном, дабы уничтожить отпечатки пальцев на стекле.
    Медицинский эксперт констатировал, что убийство произошло около полуночи в субботу 21 ноября 1961 г. Следы волочения на полу свидетельствовали о том, что нападение началось в ту минуту, когда убитый сидел на унитазе. Первые удары ножом были нанесены именно там, затем преступник сбросил тело на пол и выволок его в середину помещения, где продолжил добивать свою жертву. Погибший, скорее всего, не оказывал сопротивления. Жестокость преступления свидетельствовала о неконтролируемой ярости, овладевшей убийцей : на теле жертвы судмедэксперты насчитали более 50 колюще-режущих ран, что не имело никакого рационального объяснения


рис. 1 : Эрнетс Уильям Коббин - вторая жертва "сиднейского изувера" - на анатомическом столе.

    Жертву преступления опознали быстро. Им оказался Эрнест Уильям Коббин, 41 года. В парке Мур и его окрестностях этого человека знали довольно хорошо, поскольку бродяга постоянно здесь отирался. Когда-то он имел семью ( его бывшая жена и двое детей проживали в сиднейском районе Редферн ), но систематическое пьянство Коббина разрушило брак.
    К моменту гибели Эрнест Коббин не имел постоянного жилья и нигде не работал. Этот опустившийся человек не имел врагов и в сущности был безобидным человеком. Скорее всего, нападение на него имело характер неспровоцированный.
    Убийство Коббина дало полиции весьма важную информацию. Прежде всего, сыщики совершенно верно связали это преступление с убийством Альфреда Гринфилда. Выбор жертвы и орудия преступления, характер нападения, специфические манипуляции с телом - все это указывало на действия одного и того же преступника. Но между этими преступлениями имелось одно существенное различие - район парка Мур был облюбован сиднейскими педерастами как своего рода неофициальный рынок гомопроституток. Знакомства здесь обыкновенно происходили в нескольких общественных туалетах, расположенных окрест, после чего "голубые" парочки перемещались в парк либо отправлялись в недорогие отели с почасовой сдачей номеров. То, что убийца в вечернее время оказался в таком месте и распивал пиво с местным бродяжкой служило косвенным свидетельством его знакомства с гомосексуальной средой. Поэтому следствие прежде всего сосредоточилось на проверке сиднейских гомосексуалистов.
    Под негласный контроль полиции в ноябре и декабре 1961 г. попали те места, где гомосексуалисты имели обыкновение встречаться и проводить досуг. Для этого в помощь полиции Сиднея были направлены слушатели полицейских академий всех штатов Австралии, а также стажеры и служащие вспомогательных подразделений полиции - словом, все те люди, о принадлежности которых к органам охраны правопорядка никто в городе не знал. Стоит пожалеть молодых полицейских, чья профессиональная карьера началась с такого - прямо скажем ! - неблагодарного задания.
    Поскольку информация о гибели Эрнеста Коббина просочилась в печать, репортеры криминальной хроники многих газет не сговариваясь пришли к выводу о появлении в Сиднее маньяка-гомосексуалиста. Чтобы не питать молчанием слухи, полицейское управление Сиднея в декабре 1961 г. распространило официальный пресс-релиз, в котором признавало факт действия на территории города серийного убийцы. О мотивации преступника в нем говорилось предельно обтекаемо : "психопатический гомосексаулист убивает для удовлетворения некоего извращенного чувства".
    На самом деле, консультации с психиатрами позволили детективам составить довольно точное представление о мотивах, которыми руководствовался убийца. Врачи считали, что этот человек действительно был педерастом и его гомосексуальный опыт имел травмирующие фрагменты, связанные скорее всего с тем, что когда-то он был изнасилован, возможно даже, не один раз. Убивая других мужчин и оскверняя их половые органы преступник компенсировал пережитое унижение, снимал психоэмоциональный дискомфорт и реабилитировался в собственном мнении. С большой долей уверенности психиатры говорили о возможном психическом заболевании убийцы. Дабы не вызывать гнев преступника и не провоцировать тем самым его новые нападения в пресс-релизе ничего об этих предположениях не было сказано.
    Предпринимались попытки отыскать убийцу через врачей-психиатров. Если предположение о травмирующем гомосексуальном опыте было справедливо, можно было ожидать, что преступник обращался по этому поводу за помощью к специалистам. Несмотря на то, что в Австралии врачебная тайна законодательно ограждена от любопытства правоохранительных органов, психиатрам неофициально было рекомендовано обо всех подозрительных случаях сообщать в полицейское управление Сиднея.
    Поскольку гомосексуальное изнасилование наиболее вероятно в тюрьме, полиция провела обширную проверку тюремных картотек. Были составлены обширные списки бывших заключенных, имевших гомосексуальный опыт и проживавших с Сиднее или его ближайших пригородах. Изучалась статистика гомосексуальных инцестов. В идеальном случае убийца неизбежно должен был "засветиться" в нескольких составленных полицией списках : психиатрическое лечение, тюремный опыт, гомосексуальный инцест, активный педераст, проживающий в Сиднее и пр.
    Однако, проходили месяцы в напряженной работе, а продуктивного продвижения вперед не было. Безусловно, очень сильно тормозило следствие то, что ни одного свидетеля убийств так и не было найдено. Миновало австралийское лето ( с декабря по февраль ), наступила осень, а полиция по-прежнему даже предположительно не знала как выглядит человек, которого она ищет.
    И вот в субботу 31 марта 1962 г. последовало новое нападение маньяка. На этот раз убийца действовал совсем рядом с полицейского управлением района Дарлингхерст. Скоротечная драма разыгралась на углу Бурке-стрит и Бурке-лейн. Жертвой преступника оказался Фрэнк Глэдстоун Маклин, отставной военный ростом 180 см. В 22.35 его в последний раз видели живым, поворачивающим на Бурке-стрит. А уже в 22.50 тело Маклина с многочисленными ножевыми ранениями шеи, лица, груди было обнаружено в темной аллее Бурке-лейн. Преступник оставил на теле погибшего свою ставшей уже традиционной печать - он отрезал и унес с собою гениталии жертвы.
    Супруги Корниш, выходившие из дома на Бурке-лейн вместе с ребенком, вспугнули убийцу, хотя сами этого в тот момент не поняли и не обратили внимания на прошедшего мимо них человека. Примерно через минуту они увидели неподалеку от крыльца своего дома окровавленное тело и немедленно вызвали полицию. Уже беглый осмотр места преступления показал, что преступник не мог не запачкаться кровью жертвы : нанеся первые удары ножом на углу улицы, он поволок тело вглубь аллеи. Немедленно всем полицейским патрулям в округе было приказано задерживать мужчин со следами крови на руках и одежде, район был блокирован большими силами полиции, после чего началось прочесывание местности, растянувшееся на три часа
    Полиция была очень близка к задержанию убийцы. Однако, ему удалось скрыться. Он словно просочился сквозь полицейские кордоны. В тот момент никто не мог объяснить как убийце удалось уклониться от облавы, охватившей в течение нескольких минут район площадью почти две квадратных мили. Самое обескураживающее заключалось в том, что и теперь полиция не имела описания преступника. Супруги Корниш ничего не могли сказать о его внешнем виде. Детективами были опрошены более 30 человек, прошедших по Бурке-стрит в интервале от 22.30 до 23.00, но ни один из них не заметил ничего подозрительного. Убийца словно появился из ниоткуда и ушел в никуда.
    Изучение ранений, причиненных погибшему, привело судебных медиков к заключению будто преступник орудовал скальпелем. Из этого вывода ( как выяснилось в дальнейшем - ошибочного ) родилось предположение о причастности маньяка к медицинской среде. Под подозрение попали все жители Австралии, работавшие в больницах, либо получавшие когда-либо медико-хирургическую подготовку. Речь шла о десятках тысяч людей. С такой масштабной проверкой невозможно было справиться силами одного полицейского подразделения, пусть даже такого крупного, как полицейское управление в Сиднее. Весной 1962 г. к расследованию преступлений "изувера из Сиднея" была привлечена специальная служба Австралии - Служба безопасности и разведки ASIO. С этого времени разоблачение маньяка сделалось уже общегосударственной проблемой. ASIO участвовала как в негласной проверке медицинского персонала, так и в изучении личных дел эмигрантов, поскольку одна из версий предполагала въезд преступника в страну незадолго до начала серии убийств ( т. е. в 1959-61 гг. )
    Городские власти объявили об увеличении премии за информацию об убийце. Если после убийства Альфреда Гринфилда сумма объявленной премии составляла 1 тыс. фунтов-стерлингов, то теперь она увеличивалась до 5 тыс. ф.-ст.
    Наряду с отработкой версии "врач-убийца" полиция приступила к методичному изучению персонала, занятого работой в органах социальной опеки. Поскольку все трое погибших были люди социально неуспешными можно было заподозрить, что именно этим критерием руководствовался убийца при выборе жертв. Поэтому по одной из полицейских версий убийцей мог быть человек, имевший доступ к базе данных подобных "социально неблагополучных" лиц. Убийца мог работать на бирже труда, в пенсионном фонде, какой-либо гуманитарной миссии. Персонал подобных организаций подлежал поголовной проверке.
     Психологический портрет, разработанный австралийскими криминалистами, предписывал искать молодого ( до 30 лет ) белого мужчину, имеющего среднее образование, из категории т. н. "синих воротничков" ( автомеханики, сантехники, санитары и пр. ). Предпологалось, что он служил в армии, где получил неплохую физическую подготовку. Этот человек должен был быть мрачен, малообщителен ; проживать он мог с матерью, либо один. Насколько подобное описание соответствовало действительному облику убийцы станет ясно ниже ; пока же следует подчеркнуть, что к лету 1962 г. это было фактически все, что австралийские криминалисты могли сказать об "изувере".
    Сообщения об убийстве Фрэнка Маклина спровоцировали настоящую истерию в Сиднее. То, что убийца бестрепетно напал на крупного и достаточно сильного мужчину в далеко не поздний час совсем рядом с полицейским управлением внушило обывателям обоснованный ужас. "Изувер из Сиднея" представал в воображении людей этаким монстром, способным поразить выбранную жертву в любом месте и в любое время. Никто не мог чувствовать себя в безопасности, когда такой убийца-супермен оставался на свободе. Средства массовой информации требовали от полиции сообщений об успешном розыске, полиция же молчала и ее бессилие лишь способствовало укреплению панических настроений. Хотя "изувер из Сиднея" ни разу не напал на человека в здании, в городе начался настоящий бум, связанный с переоборудованием домов и квартир : люди укрепляли двери и окна, ставили сигнализацию и пр. Никогда более Сидней не переживал подобной паники - ни до 1962 г., ни после...
     Между тем, 14 апреля 1962 г. в полицейское управление Сиднея обратился некий Патрик Ройан, сообщивший о нападении "Изувера", последовавшем накануне. По его словам преступник, вооруженный тесаком, набросился на него на Гулбарн-стрит, буквально в 300 метрах от того места, где был убит Фрэнк Маклин. "Изувер" ударил Ройана ножом, но увидев, что лезвие лишь проткнуло полу плаща и не достигло цели, бросился бежать. Преступник с легкостью преодолел высокий забор и быстро скрылся ; Ройан не смог его преследовать, поскольку был шокирован происшедшим, кроме того, он был невооружен
    Ройан сообщил, что напавший на него человек имел возраст от 30 до 40 лет, он был высок, имел прямые плечи и военную выправку. При нападении нападавший зашипел как змея. Из рассказа Патрика Ройана можно было сделать заключение, что "Изувер из Сиднея" - бывший военнослужащий, получивший специальную подготовку "коммандос".
    Хотя Патрик Ройан говорил довольно убедительно и демонстрировал дырку на плаще, его рассказ сразу же вызвал серьезные сомнения полицейских. Многочисленные и безжалостные повреждения, которые причинял своим жертвам преступник, свидетельствовали о его свирепости, неконтролируемой ярости. Находившийся в таком состоянии убийца, скорее всего, не прекратил бы нападение после первого неудачного удара ; за ним последовали бы второй-третий-...пятый удары до тех пор, пока жертва не была бы повержена, либо не обратилась бы в бегство.
    Недоверие рассказу Ройана окрепло еще больше, когда выяснилось, что он был уволен из авиакомпании из-за систематических прогулов, связанных с пьянством. Бывшие сослуживцы Ройана в один голос отмечали склонность молодого человека прихвастнуть и что-нибудь выдумать : если верить его россказням, то получалось, что он постоянно попадал в какие-то удивительные и прямо фантастические ситуации. Подобное мифотворчество хорошо известно психиатрам ; им обыкновенно грешат истерики. Когда же стало известно, что Ройан имеет карточные долги, то все сомнения в лживости его рассказа отпали.
     В ходе интенсивного допроса, длившегося шесть часов, Патрик Ройан сознался, что выдумал историю о нападении на Гулбарн-стрит для получения обещанного вознаграждения. Он был предан суду и получил 18 месяцев тюремного заключения.
    Между тем, подключение к расследованию Службы безопасности и разведки дало, казалось, положительный результат. В июне 1962 г. детективы Службы получили информацию о пребывании на территории Австралии приезжего гомосексуалиста, ранее уже попадавшего под подозрение по факту убийства ребенка. В качестве такового гомосексуалиста был идентифицирован некий гражданин США, приехавший на "зеленый континент" более года назад. Во время слубжы в вооруженных силах США этого человека подозревали в изнасиловании и убийстве 13-летнего мальчика на территории ФРГ. Это преступление многими своими элементами напоминало то, что творил "Изувер из Сиднея". Хотя вина военнослужащего была не доказана, ему пришлось демобилизоваться. Свое появление в Австралии он объяснял тем, что намеревался оставить США и перебраться на постоянное жительство в другую страну ; Австралия его вполне устраивала как климатом, так и общностью языковой традиции с США.
    Этот человек в силу своего продолжительного пребывания на территории страны вполне мог совершить все три убийства, приписываемые "Изуверу". Американец был задержан и допрошен. Полученная информация была тщательнейшим образом проверена. Результат оказался обескураживающим : американец имел прекрасные alibi, он явно не имел ни малейшего отношения к убийствам в Сиднее.
    В скором времени последовало новое задержание. На этот раз подозреваемым оказался 23-летний иммигрант из ФРГ. Сначала он проживал в Сиднее, а после третьего убийства перебрался в Мельбурн. Человек этот сумел доказать свою полную непричастность к нададениям "Изувера" и был вскоре отпущен.
    Некая ясновидящая и прорицательница по имени Розалина Нортон заявила, что установила "астральную связь" с преступником и ежедневно получает от него информацию. Поскольку заявление Нортон попало в печать и вызвало немалое оживление, полиция оказалась вынужденной приставить к ясновидящей вооруженную охрану. Понятно, что шумиха, поднявшаяся вокруг прорицательницы, чрезвычайно способствовала укреплению ее бизнеса и позволила Нортон моментально взвинтить расценки на оказываемые услуги.
    Рассказы Розалины Нортон о преступнике были чрезвычайно живописны, но малоинформативны. Впоследствии выяснилось, что ничего из того, о чем она рассказывала полиции, не нашло подтверждения. Одним словом это был банальный треп.
    Проходили месяцы, а расследование серии убийств в Сиднее не продвигалось вперед. Никаких реальных зацепок, позволивших бы идентифицировать "Изувера" полиция до весны 1963 г. получить не могла.
    Между тем, в декабре 1962 г. произошло событие никак на первый взгляд не связанное с "Изувером", но как выяснилось позднее, имевшее прямое к нему отношение.
     Жители района Барвуд на западе Сиднея в течение трех недель страдали от неприятного запаха, исходившего от дома, в котором распологался магазинчик Алана Эдварда Бреннана. Магазинчик этот не работал уже месяц и никто не знал где можно отыскать хозяина. С течением времени вонь до того усилилась, что сделалась непереносимой. Соседями была вызвана служба санитарно-эпидемиологического контроля, которая могла бы провести дезинфекцию магазина.
    Но поскольку двери были закрыты, а хозяина не представлялось возможным отыскать, пришлось вызывать полицию.
    Когда полицейские взломали дверь и проникли в здание, то внутри они нашли то, что и ожидали увидеть. Запах был слишком характерным чтобы ошибиться - внутри дома должен был находиться разлагающийся труп. Так и оказалось : сильно разложившееся мертвое тело было найдено в подвале, в углублении в стене. Рядом на полу лежала окровавленная одежда и испачканный кровью нож. Тело было полностью раздето, из одежды на нем остались только носки. Труп не представлялось возможным быстро идентифицировать : крысы до такой степени его изъели, что на лице практически не осталось мяса.
    Осмотр дома привел к обнаружению многочисленных следов крови в комнате второго этажа и на лестнице. Кровавые следы были на полу и стенах, а затекшая под линолеум кровь даже выступила на потолке в комнате первого этажа. Матрас, найденный на втором этаже, оказался насквозь пропитан кровью. При этом пол в этой комнате выглядел так, словно его пытались отмыть от крови.
    Магазинчик был зарегистрирован на имя Алана Бреннана, который оплатил торговую лицензию в размере 1 120 ф.-стерлингов. В магазине велась торговля овощами и фасованными продуктовыми товарами. Бреннан был неплохим поваром, приготовленные им салаты и сэнвичи неплохо раскупали таксисты и водители грузовых автомобилей. В магазине работал приемный пункт химчистки. Все знавшие Бреннана люди утверждали, что это был мирный, услужливый и внимательный к клиентам человек
    Мертвое тело было доставлено в морг больницы "Рейделмир". Аутопсия не нашла следов отравления, в качестве причины смерти была названа рана шеи, причиненная режущим предметом. Возраст погибшего медики определили в 40 лет. Поскольку убица, скорее всего, унес бы с собою орудие преступления, полиция предположила суицид хозяина магазина. Бреннан, согласно полицейской версии, нанес себе смертельное ранение на втором этаже, потом, истекая кровью, спустился в подвал, где разделся и закатился в углубление в стене.
    Эта версия выглядела довольно неуклюже, на что указал коронер Ф. Кокс ( коронер - судья самого нижнего органа судебной власти, т. н. коронного суда ). Ему надлежало решить, следует ли возбуждать расследование по факту обнаружения мертвого тела в доме Бреннана. И полицейское управление, и прокуратура ( т. н. служба атторнея ) настаивали на том, чтобы признать происшедшее суицидом, Кокс же написал докладную записку, в которой пытался доказать невозможность самоубийства. В ней он указывал на ряд совершенно нелогичных с точки зрения самоубийцы действий, например, снятие одежды ( но при этом оставление на ногах носков ), перемещение умирающего в подвал, наличие замытых водой следов крови на втором этаже... В суде графства приняли докладную коронера и ... рекомендовали согласиться с версией суицида. Кокс смирился и обезображенное тело умершего в доме Бреннана человека было предано земле.
    Шло время. "Изувер из Сиднея" не давал о себе знать. Тайна бесчеловечных убийств, казалось, никогда не станет известна людям.
    Но в начале июля 1963 г. в полицейский участок на Джордж-стрит, в самом центре Сиднея, с совершенно фантастическим заявлением обратился некий Джон МакКарти. Он утверждал, что только что встретил на улице человека, на чьих похоронах присутствовал в декабре минувшего года. Ошибка была исключена ; МакКарти утверждал, что разговаривал с этим человеком и тот его тоже узнал. Звали этого умершего и похороненного мужчину Алан Бреннан, он был тем самым владельцем магазинчика, которого нашли умершим в подвале.
    Дежурный сержант вежливо выслушал МакКарти и отправил его его домой проспаться. МакКарти ушел, но на следующий день явился в тот же самый участок снова. Ирландец был упорным человеком и хотел, чтобы полицейские непременно приняли его заявление. На этот раз с МакКарти уже не церемонились. Новый дежурный сержант без обиняков заявил, что если Джон МакКарти не хочет попасть в сумасшедший дом, то ему лучше забыть дорогу в полицию и впредь никому не рассказывать свои глупые байки.
     И тут, как говорится, нашла коса на камень. Высокомерие полицейских только раззадорило МакКарти. Он не стал спорить с сержантом, но выйдя из участка позвонил в редакцию газеты "Дейли миррор", постоянным читателем которой был много лет. Репортеру криминальной хроники Джо Моррису он рассказал о странной встрече и реакции полицейских на его заявление.
    Моррис знал то, о чем не был осведомлен МакКарти - о докладной записке коронера Кокса, в которой оспаривалась официальная версия самоубийства Бреннана. Репортер понял, что перед ним хитроумная криминальная интрига и потенциальная сенсация. В тот же день Моррис встретился с МакКарти и взял у него интервью. Через день "Дейли миррор" опубликовала большую статью, посвященную истории с трупом из магазина Бреннана. Называлась эта статься коротко и броско : "История с разгуливающим трупом".
     Как не отпирались детективы управления полиции Сиднея, им все же пришлось заняться проверкой сообщения МакКарти. Первым делом полицейский художник нарисовал портреты Алана Бреннана и человека, с которым МакКарти встретился на Джордж-стрит.

    
рис. 2 и 3 : Полицейские портреты умершего в ноябре 1962 г. Алана Эдварда Бреннана и человека, с которым Джон МакКарти повстречался в июле 1963 г.

    Сами полицейские считали, будто портреты получились до такой степени несхожими, что нет оснований утверждать, будто они изображают одного и того же человека. Но соседи Алана Бреннана в один голос утверждали, что оба полицейских рисунка весьма похожи на оригинал и могут быть использованы для опознания
    Внимательное изучение акта вскрытия тела, найденного в магазине Бреннана, заставило детективов обратить внимание на нюанс, оставшийся незамеченным в декабре 1962 г. Умерший человек был явно выше хозяина магазина ( сантиметров на 5-7 ) и отличался худобой ; между тем Бреннан характеризовался всеми, знавшими его, как умеренно полный. Но отнюдь не это открытие оказалось самым интересным : при внимательном осмотре вещей, найденных возле трупа, на внутренней стороне рукава пиджака были найдены метки, выполненные несмываемым карандашом "1262". Подобная комбинация цифр не походила на метки прачечной, которые обычно пришивались к одежде, а не писались прямо на ней.
     После проверки тюрем выяснилось, что под номером "1262" на складе личных вещей тюрьмы "Лонг-Бэй" хранились вещи некоего Патрика Джозефа Хакетта, освобожденного 27 октября 1962 г. Этот мелкий воришка и хулиган ( последняя его судимость была наказанием за нецензурную брань в общественном месте; тогда Хакетта приговорили к 10 дням тюремного заключения ) не имел никаких оснований скрываться от полиции, но его нигде не удавалось отыскать. Это обстоятельство заставило полицию предположить, что в могиле Бреннана на самом деле захоронено тело Хакетта.
    Проведенное эксгумирование не дало однозначного результата. За истекшие 7 месяцев тело сильно разложилось. Тем не менее патологоанатом констатировал наличие не менее 3 ножевых ранений, которые не были замечены во время предыдущего вскрытия. В акте отмечалось, что погибший был весьма худ, в то время как Алан Бреннан характеризовался как "умеренно полный мужчина". Но подобное соображение следовало признать косвенным, ибо было известно, что тело было сильно обглодано крысами.
     Продолжая сбор информации о владельце магазина, полицейские установили, что в последний день, когда Бреннана видели соседи, он появился возле магазина в сопровождении худого сутулого мужчины возрастом около 40 лет. Хотя свидетель не смог опознать Хакетта по фотографии, полученное описание в целом соответсвовало облику последнего.
    Исходя из вышеизложенного, коронер Кокс санкционировал общенациональный розыск Алана Бреннана. Описания этого человека и его фотопортреты поступили во все полицейские участки Австралии.
    Сообщение об опознании пришло неожиданно быстро. В начале августа 1963 г. полицейское управление Мельбурна проинформировало своих коллег в Сиднее, что задержан некий Уильям МакДональд, во всем соответствующий ориентировке на Алана Бреннана. Правда, в отличие от Бреннана этот человек имел небольшие усики и крашеные в рыжину волосы, но почти не вызывало сомнений, что эти изменения внешности были произведены нарочито и притом в самое недавнее время. МакДональду предложили выехать в Сидней "для оказания помощи расследованию преступления", но он официально отказался это сделать. Это уже само по себе выглядело весьма подозрительно.
    Немедленно в Мельбурн выехали два детектива. На месте ситуация выглядела следующим образом : МакДональд был задержан по доносу своего непосредственного начальника - бригадира железнодорожных рабочих - с которым он повздорил буквально на третий день своей работы. Бригадир прямо заявил полицейским, что МакДональд "псих и его надо проверить". В Мельбурне никто не знал этого человека, он явно был приезжим. Но откуда он приехал МакДональд сообщить полицейским отказался. Его поведение показалось до того подозрительным, что МакДональда посадили под арест в здании полицейского управления на улице Руссель, где он и находился до тех пор, пока его не увезли в Сидней.


рис. 4 : Финал истории "сиднейского изувера" : Уильям МакДональд доставлен в полицейское управление Сиднея.

    Дальнейшее было уже делом полицейской техники : Уильяма МакДональда показали соседям Алана Бреннана, которые без малейших колебаний его опознали. После этого арестованный перестал запираться и на первом же допросе признался в убийстве четырех человек. Сделав это признание, МакДональд добавил : "Но судить меня нельзя, я-шизофреник !"
    История Уильяма МакДональда, достоверно установленная следствием, выглядит в общих чертах так: родился он в 1924 г. в г. Ливерпуле, в Великобритании. Настоящие имя и фамилия этого человека - Аллан Гинсберг, он был вторым ребенком из трех, рожденных матерью-одиночкой. Гинсберг очень рано обратил на себя внимание психиатров и уже к 15 годам у него была диагностирована шизофрения. Несмотря на эту тяжелую болезнь, его признали годным к военной службе и в 1943 г. он попал в Ланкаширский фузилерский полк. Там Гинсберг был изнасилован капралом, который пригрозил его убить, если об этом станет кому-либо известно.
    Отслужив в вооруженных силах 4 года, Гинсберг уволился и в 1947 г. по просьбе матери был помещен в психиатрическую лечебницу в Шотландии : он демонстрировал лунатизм и выглядел совершенно неадекватным человеком. В этом невеселом заведении Гинсберг пробыл почти 6 месяцев ; на протяжении месяца к нему применяли методы шоковой терапии ежедневно ( подробнее о сущности методики лечения шоком можно прочесть здесь ). Подобное лечение могло бы сделать из здорового человека инвалида, но с Гинсбергом как будто бы ничего плохого не произошло - выглядел он тогда свежим и бодрым. После лечения в Шотландии он стал открытым педерастом, из категории тех людей, которых принято называть гомопроститутками. Гинсберг стал приставать к мужчинам на остановках общественного транспорта, в туалетах и пр. Такое антиобщественное поведение не могло не привлечь к нему внимания полиции и в течение 1948-49 гг. Алан Гинсберг неоднократно задерживался за "оскорбление общественной морали" и штрафовался. Постоянной работы он не имел и жил на деньги, получаемые от своих гомосексуальных клиентов.
     В 1949 г. Гинсберг добровольно обратился к психиатру с жалобами на шумы в голове и галлюцинации. Его опять поместили в психиатрическую клинику, где он пробыл три месяца. Несколько придя в себя, он решил покинуть консервативную Англию и отправиться туда, где педерастам живется вольготнее.
    Выбор Аллана Гинсберга пал на Канаду. В страну лесорубов и золотодобытчиков он выехал в том же 1949 г. По приезде на новую родину Гинсберг поменял имя и фамилию - так появился Уильям МакДональд. Жизнь в Канаде не очень ему понравилась в основном из-за климата и потому в 1955 г. он переехал в Австралию.
    Поначалу МакДональд поселился в Аделаиде. Но вскоре там с ним вышел неприятный казус. По укоренившейся уже привычке он пристал было к мужчине в общественном туалете, но тот оказался полицейским в штатском. Полицейский сначала избил МакДональда, затем приволок его в полицию и напоследок подал на педераста в суд. Хотя МакДональд извинялся и уверял всех, что он - шизофреник и за себя отвечать не может, сие не спасло его от довольно строгого наказания : он был осужден на 2 года принудительных работ в исправительной колонии.
    Выйдя из колонии, МакДональд покинул неприветливую Аделаиду и перебрался в город Балларат.
    В 1960 г. в г. Брисбене МакДональд совершил свое первое убийство. Его жертвой стал 55-летний Амос Херст, с которым МакДональд познакомился на трамвайной остановке. Новые знакомые выпили пива и Херст пригласил симпатичного друга в свой гостиничнй номер. Там МакДональд задушил напившегося в стельку товарища. Изо рта жертвы потекла кровь, но убийца хладнокровно ее смыл, раздел тело и уложил его в кровать. После этого спокойно поехал к себе домой. Зачем он это сделал, МакДональд объяснить полицейским так и не смог; сам убийца признал, что его нападение было совершенно немотивированным
    Когда через пять дней МакДональд прочел короткую заметку в местной газете об обнаружении тела Херста, то по его словам, он какое-то время не мог поверить своим глазам. В заметке было написано, что Херст скончался от сердечного приступа. МакДональд поразился тому, сколь непрофессионально местные полицейские оценили случившееся.
    Мысль о возможности совершения совершенно безнаказанных убийств заворожила МакДональда. В конце 1960 г. он совершил новое нападение. На этот раз его жертвой стал некий Билл, фамилию которого МакДональд так и не узнал. Вместе с Биллом он пил пиво, потом неожиданно повалил его и приставил к горлу нож. МакДональд был готов убить человека, но увидев в глазах жертвы неподдельный ужас, испытал испытал глубокое удовлетворение и решил даровать ей жизнь. Ощущение власти над чужой жизнью его необыкновенно восхитило.
    В январе 1961 г. МакДональд переехал в г. Сидней и взял себе имя Алана Эдварда Бреннана. Он устроился работать на почту. С этого времени его не покидали фантазии, связанные с убийством мужчин. Преступник постоянно носил с собой нож. Почти полгода он боролся с искушением, пока наконец в начале июня не растерзал Альфреда Гринфилда. МакДональд утверждал, что плохо запомнил это убийство и во время нападения почти не контролировал себя. Отрезав гениталии жертвы, он метался с ними по парку, не зная куда их деть. В конце-концов он выбросил их в сиднейский залив. Во время нападения на Альфреда Гринфилда убийца перепачкался в крови с головы до ног ; от разоблачения его спасло только то, что из-за сильного дождя на улице не было людей, благодаря чему он смог незамеченным добраться до своей квартиры.
    Проанализировав свои действия, преступник сделал необходимые выводы. Теперь "на дело" он выходил с прорезиненным плащом красного цвета, который носил с собою в мешке и надевал перед самым нападением. Чтобы спрятать окровавленные нож и отрезанные гениталии он стал брать с собою чистые полиэтиленовые пакеты. Убийство Эрнеста Коббина в общественном туалете в ноябре 1962 г. МакДональд совершил уже вполне осмысленно : ударив жертву первый раз ножом в горло, убийца облачился в красный плащ и принялся кромсать тело. Отрезанные генитали и окровавленный нож он спрятал в полиэтиленовые мешки, снял и спрятал в отдельный пакет плащ, вымыл руки и пивную бутылку, после чего спокойно покинул место преступления.
     Успех вызвал эйфорию. Отрезанные гениталии МакДональд дома тщательно вымыл и лег спать, уложив их на подушку рядом. Этот "трофей" он хранил несколько дней, пока запах разложившейся плоти не заставил убийцу выбросить его в канализацию.
    МакДональд до такой степени уверовал в собственную неуязвимость, что решил осуществить следующее нападение прямо на улице. Следует признать, конечно, что использование прорезиненного плаща оказалось очень удачной идеей, которая спасла МакДональда во время нападения на Фрэнка Маклина в марте 1962 г. Спрятав окровавленные плащ и нож в пакеты, преступник спокойно миновал несколько полицейских кордонов, быстро оцепивших район совершения преступления. Спокойное поведение МакДональда не вызвало ни малейшего интереса патрульных полицейских к его персоне.
    Рассказывая полицейским об убийстве Фрэнка Маклина, МакДональд неоднократно подчеркивал, что не использовал в качестве орудия преступления скальпель ( как предположили судебные медики ). Во всех своих нападениях убийца применял мясницкие ножи, которые специально покупал для этой цели, а затем выбрасывал после совершения убийства. МакДональд ни разу не использовал один и тот же нож дважды. Преступник не смог объяснить почему он так поступал : ему просто нравилось ходить по магазинам и прицениваться к ножам, это стало для него своего рода развлечением.
    Но в конце-концов самоуверенность сыграла с преступником злую шутку. К моменту нападения на Патрика Джозефа Хакетта в ноябре 1962 г. МакДональд уволился с почты и открыл собственный магазинчик. В его распоряжении теперь был двухэтажный дом - на первом этаже распологался магазин, а на втором - жилые комнаты. Это было идеальное место для убийств ! МакДональд пригласил подвыпившего Хакетта к себе домой уже заранее зная, что совершит убийство. Преступник был уверен в своем везении и его нисколько не смущал тот факт,что шофер такси мог запомнить обоих пассажиров. Не дожидаясь, пока Хакетт напьется, МакДональд напал на своего гостя едва они поднялись наверх. Он ударил Хакетта ножом в шею, но удар не достиг цели : Хакетт вырвал нож из раны и бросился с ним на преступника. Завязалась отчаянная борьба, в ходе которой МакДональд отнял нож у Хакетта, но при этом сильно порезал предплечье. Добив в конце-концов жертву, МакДональд потерял сознание от потери крови и стресса.
    Поутру убийца немного пришел в себя и принялся за уборку. Труп он перетащил в подвал и там раздел, одежду бросил возле тела. Превозмогая слабость, МакДональд замыл кровавые следы на полу в комнате второго этажа, но к этому времени кровь уже выступила на потолках помещений первого этажа. В этих условиях не могло быть и речи об открытии магазина. МакДональд повесил на дверях табличку "закрыто" и отправился в больницу.Там он объяснил происхождение раны на руке тем, что порезался, нарезая салат. Объяснение выглядело не очень достоверным, но к удивлению убийцы ему поверили.Во всяком случае, полиция ничего не узнала о пациенте с подозрительным ножевым ранением.
     Вернувшись домой из больницы, МакДональд понял, что ситуация для него складывается хуже некуда. Чтобы ликвидировать следы крови на стенах и под паркетом, требовался ремонт, который преступник не мог осуществить из-за ранения руки и слабости. После мучительных раздумий МакДональд решил, что ему следует уехать из Сиднея.
    Он отправился в Брисбен и прожил там вплоть до конца мая 1963 г. Там он вернул себе фамилию МакДональд в надежде, что никто не свяжет его с Бреннаном из Сиднея. Преступник ежедневно изучал газеты, ожидая увидеть в них сообщение с обвинениями в свой адрес. Ему и в голову не приходило, что убитого им человека похоронили под фамилией Бреннан как самоубийцу и полиция по этому факту даже не открыла расследование. Возможно, Уильям МакДональд никогда бы не был разоблачен, если бы самонадеянность не толкнула его к возвращению в Сидней. Трудно сказать, на что он рассчитывал, поскольку даже в крупных городах случайные встречи со старыми знакомыми в самых неожиданных местах отнюдь не редкость. Странно, что МакДональд упустил из вида это обстоятельство.
     Как бы там ни было, случайная встреча с Джоном МакКарти, присутствовавшем на похоронах "Алана Бреннана" шестью месяцами раньше, позволила выйти на след преступника. Арест "сиднейского изувера" стал общенациональной сенсацией, его персона вызывала всеобщий интерес и споры.
    Безусловно, облик убицы разочаровал многих. Люди ожидали увидеть звероподобного громилу, мясника-садиста , а вместо этого полиция предъявила общественности невысокого ( рост 167 см. ) женоподобного человека ( мужчиной этого пассивного педераста язык не поворачивается назвать ), который с готовностью выполнял все команды конвоя и в подробностях рассказывал о самом себе самые постыдные гадости. Многие не могли понять, как "эта баба в штанах" могла нападать на мужчин гораздо более высоких и сильных ( рост убитых им Хакетта и Фрэнка Маклина составлял 175 см.и 180 см. соответственно ). В некоторых публикациях выражалась мысль, что имеет место ошибка и суд оправдает жертву полицейского произвола. Во всяком случае мало кто сомневался в том, что на суде МакДональд откажется от всех саморазоблачительных показаний и тем сильно затянет процесс.
    Между тем, этого не случилось. На суде с участием присяжных заседателей, открывшемся в сентябре 1963 г., МакДональд допустил ошибку, которую спустя почти тридцать лет повторил Андрей Чикатило : он решил, что рассказанная правда безоговорочно убедит всех в его невменяемости. Поэтому на суде МакДональд был весьма велеречив и точен в деталях. С одной из женщин из состава жюри присяжных в ходе процесса стало плохо и судья Макленнан принял решение заменить всех женщин мужчинами. Это вызвало некоторую задержку суда.
    По правовой норме, действующей в странах Британского Содружества, жюри присяжных выносит вердикт о вменяемости преступника. Мнения специалистов-психиатров хотя и заслушиваются присяжными обязательной силы для них не имеют. Можно спорить об оправданности подобного положения вещей, поскольку фактически суждения неспециалистов подменяют собой компетентные мнения врачей-профессионалов, но благодаря этой норме именно обыватели-присяжные решили судьбу МакДональда. Хотя психиатры единогласно признавали его тяжелым щизофреником, присяжные сочли, что преступник ответственен за содеянное и может быть судим. Макленнан приговорил "сиднейского изувера" к пожизненному заключению.
     Это был, конечно, неприятный сюрприз, но Уильям МакДональд не выразил ни раскаяния, ни сожаления. Когда его выводили из здания суда один из журналистов крикнул МакДональду через головы конвоиров : "Если Вас освободят, станете ли Вы убивать ?". Убийца ответил на это со своей обычной подкупающей откровенностью : "Будь я на свободе - убивал бы так часто, как смог !"
    Для отбывания срока МакДональд был направлен в тюрьму "Лонг-Бэй". Там он дал волю своей ничем теперь не удерживаемой ярости. Во время хозяйственных работ МакДональд набросился на заключенного, сказавшего в его адрес что-то оскорбительное, и едва не забил его насмерть тяжелым металлическим баком с нечистотами. После этого случая руководство тюрьмы поставило вопрос о переводе "сиднейского изувера" в психиатрическую клинику тюремного типа.
     В начале 1964 г. МакДональда перевели в клинику "Моррисет", в которой он под плотной медицинской опекой провел 16 лет. В 1980 г., когда врачи сочли его достаточно адаптированным для жизни без постоянного медицинского контроля, МакДональда поместили в тюрьму "Цесснок". Там он еще 20 лет просидел в одиночной камере.
    За время после суда легендарный "изувер" трижды встречался с журналистами, написавшими о нем монографии. В 2000 г. Пол Кидд, известный австралийский журналист криминального профиля, добился предоставления МакДональду цветного телевизора и ежедневных газет. В том же году сильно постаревшему "изуверу" было официально разрешено подать прошение о помиловании. МакДональд отказался это сделать, заявив: "свобода меня убьет".
    Тюремная администрация накануне Миллениума разрешила устроить заключенному экскурсию в ближайший городок Ньюкасл.


рис. 5 : Уильям МакДональд, знаменитый "сиднейский изувер", на экскурсии в Ньюкасле в декабре 2000 г.

    По состоянию на начало 2004 г. Уильям МакДональд жив и относительно здоров. Зрение его сильно ослабло и с 2003 г. он не смотрит телевизор. Тем не менее он активен, слушает радиоприемник и CD-плейер, с которым не расстается. Правительство Австралии выплачивает ему 10 $ в неделю, которые он волен тратить по своему усмотрению. На эти деньги МакДональд обычно покупает компакт-диски и газеты, которые ему вслух читают охранники. Такие вот в Австралии охранники и тюрьмы !

См. панель фальшпола цена +7(495)232-08-80 .remon.ru

eXTReMe Tracker