©А.И.Ракитин, 2017 гг.
©"Загадочные преступления прошлого", 2017 гг.


Так кто же убил Уилльяма Коминза?


     7 января 2017 года исполнится 37 лет со дня убийства в городе Коламбусе, штат Огайо, 14-летнего американского школьника Уилльяма Коминза (William Comeans).

Это преступление до сих пор остаётся нераскрытым и странные события, ему сопутствовавшие, по-прежнему не нашли должного объяснения.
     Уилльям был третьим сыном Кэрол и Роберта Коминзов, помимо старших братьев у него была и младшая сестрёнка Кэтлин, к которой юноша был очень привязан (т.е. всего в семье было четверо детей). На момент описываемых событий Кэтлин исполнилось 9 лет. Ранее Уилльям обучался в "Прэйри-Линкольн элементари скул" ("Prairie-Lincoln elementary school"), которую закончил с отличными отметками. Осенью 1979 г. Уилльям поступил в школу следующей ступени "Вестланд" ("Wastland"), к занятиям в которой приступил за несколько дней до инцидента, с которого этот рассказ, собственно, и начинается.
     Итак, завязкой сюжета явилось внезапное и немотивированное нападение, которому 14-летний Уилльям Коминз подвергся около 20:30 5 сентября 1979 г., проезжая на велосипеде в парке позади школы "Прейри-Линкольн", в которой обучался прежде. Насколько Уилльям мог припомнить произошедшее, сзади его догнали двое мужчин, набросили на голову черный полиэтиленовый пакет и, ничего не говоря, затянули на шее вместо верёвки резиновую камеру от велосипедного колеса. Подросток быстро потерял сознание и пришёл в себя примерно через час под кустами. Забыв о велосипеде, он побежал домой, благо расстояние было не очень большим - порядка 600 м.
     Услыхав рассказ сына, родители немедленно позвонили в службу шерифа. Руководствуясь описанием места нападения, сообщённым потерпевшим, патрульные осмотрели парк и обнаружили велосипед Уилльяма, резиновую камеру и полиэтиленовый пакет, использованные для удушения. Однако, рассказ школьника вызвал определенные подозрения, поскольку звучал не очень достоверно - сбивало с толку то, что нападавшие не били жертву и никак не объяснили цель своих действий. Уилльям утверждал, что не рассмотрел обидчиков, но был уверен, что это взрослые мужчины, а отнюдь не школьники. Почему он стал жертвой расправы, объяснить не мог или не желал.

   
Уилльям Коминз отлично учился в общеобразовательной школе, а кроме того брал уроки музыки. Он любил родителей, был почтителен с учителями, не имел вредных привычек, не был замечен в хулиганских выходках или противозаконных проступках. Один из следователей, работавший по этому делу, впоследствии высказался следующим образом: это был ласковый сын, примерный школьник, никому не создававший проблем, и нам так и не удалось понять, почему с ним случилось то, что случилось...


     Подростку предложили пройти допрос с применением полиграфа. Поскольку он являлся несовершеннолетним - а Уилльям родился 11 января 1965 г. и на момент описываемых событий ему исполнилось лишь 14 лет - потребовалось разрешение родителей. Родители нужное разрешение дали, хотя сам Уилльям такого допроса не желал, но... был вынужден подчиниться их воле. Уже в XXI столетии стало известно, что этот допрос дал двоякий результат: по мнению оператора полиграфа, подросток был "не до конца честен". Детали допроса никогда не оглашались, поэтому неизвестно какие же именно вопросы "провалил" Уилльям.
     По прошествии нескольких дней в школьном шкафчике для вещей, принадлежавшем Уилльяму, оказалось анонимное послание с угрозами. Шкафчик, стоявший в школьном коридоре и запиравшийся на ключ, видимых следов взлома не имел. Содержание записки неизвестно, Уилльям сразу же передал её следователю, работавшему по эпизоду, связанному с нападением 5 сентября. Известно лишь, что текст был набран из вырезанных букв.
     Трудно сказать, что думали в то время об этой истории лица, связанные с расследованием, поскольку все его материалы до сих пор засекречены. Скорее всего, детектив Стив Мартин и его коллеги всерьёз происходящее не принимали. Наверняка подозревали борьбу школьников за доминирование, а может, всерьез считали, что Уилльям попросту ломает комедию и сам же себе подкинул записку с угрозами, дабы посильнее закрутить интригу - в конечном итоге такие версии были озвучены... Но вскоре события получили неожиданное продолжение.

 
Уилльям Коминз был лучшим Санта-Клаусом в семье. Справа - он с 6-летней сестрёнкой Кэтлин на руках.


     В начале октября 1979 г. записки с угрозами сначала получил друг Уилльяма Коминза, также обучавшийся в школе "Вестланд", а затем одноклассница, симпатизировавшая ему. Юноша получил записку, гласившую: "Кровь будет пролита. Ты в очереди" ("Blood will spill. It's your turn"), а девушка: "У Билла осталось три месяца. PS: сделай это лучше за него" ("Bill has three mnths left. ps. Make the best of if"). Имя "Уилльям" часто сокращается до "Билла", так что понятно было, что во второй записке имелся в виду Уилльям Коминз. В обоих случаях подростки сообщали о случившемся родителям, а те обращались к школьной администрации. Т.е. дело получило крайне нежелательную для правоохранителей огласку. Если угрозы в адрес Коминза можно было скрывать, объясняя это интересами проводимого расследования, то в отношении других учащихся такая отговорка не работала. Необходимо отметить, что письма эти оказались выполнены в другой манере, нежели то, что было найдено в ящике Уилльяма - теперь они были написаны красными чернилами.
     А 22 октября 1979 г. Уилльям подвергся повторному нападению. Оно произошло в районе улицы Бикон-Хилл роад примерно в 750 м. от дома, где жил Уилльям. Из припаркованного "форд-фалкона" цвета аква выскочили двое мужчин, а далее... всё, как в первый раз - мешок, верёвка, потеря сознания. По оценке Уилльяма он находился в беспамятстве около 5 часов. Лишь в час ночи 23 октября подросток добрёл до дома, обессилевший, перепачканный грязью и шокированный случившимся. К тому моменту родители уже заявили о его исчезновении в службу шерифа.


     Попытка следователя списать инцидент на "имитацию нападения" провалились. Коронёр, осмотревший подростка, пришёл к выводу, что нападение было реальным и могло привести к самым серьёзным последствиям. У Уилльяма пропал голос, он не мог глотать и говорил шёпотом - такое бывает при сильном сдавлении горла, кроме того, на шее остались специфические потёртости кожи, вызванные скольжением верёвки. Коронёр отказался верить в то, что 14-летний подросток способен столь натурально и с риском для жизни исполнить подобную "имитацию". Т.е. происшествие надлежало расследовать как настоящее преступление...

 
Слева: примерно так выглядела автомашина, из которой вылезли напавшие на Уилльяма Коминза мужчины. Справа: цвета автомобильной колеровки "reef aqua" и "swiss aqua", соответствующие возможному цвету машины нападавших. В самом общем виде "аква" - это сокращение от цвета "аквамарин" т.е. цвета морской волны. Строго говоря, он может иметь множество оттенков, но все они представляют собой сочетание синего, зеленого и голубого цветов разной насыщенности. .


     Допрос потерпевшего с использованием полиграфа вновь дал двойственный результат - по мнению оператора Уилльям Коминз отвечал на вопросы "не полностью честно". Поиски автомашины результата не дали, как и попытки обнаружить мужчин, соответствующих довольно условному описанию, полученному от потерпевшего. Много позже родители Уилльяма заявили, что им стало известно об обнаружении в школе нового анонимного письма с угрозами, но кому оно было направлено и где было оставлено не разглашалось. Правоохранительные органы никак не комментировали это утверждение.
     Как бы ни относились к произошедшему слуги Закона, семья восприняла второе нападение на Уилльяма как сигнал смертельной угрозы. Юношу ограничили в перемещениях, запретили в одиночку покидать придомовую территорию, обязади детально сообщать о планах на день и всех запланированных контактах. Казалось, что ситуация нормализовалась - ноябрь и декабрь прошли без инцидентов и появилась надежда, что на этом непонятная и опасная история закончится.

 
Последние фотографии Уилльяма Коминза в декабре 1979 г..


     На 7 января 1980 г. у Коминзов оказалась запланирована масса дел. Кэтлин отправилась к подруге на день рождения, а родители вознамерились вернуть в магазины несколько рождественских подарков. Уилльям должен был забрать сестрёнку в 7 часов вечера и явился за ней, но Кэтлин попросила побыть в гостях ещё некоторое время. Уилльям согласился и заверил сестрёнку, что её заберут родители, когда поедут по магазинам. С тем и вернулся домой, в дом №410 по Мапл драйв (Maple dr., Prairie). Однако, поездка оказалась вынужденно отложенной - выяснилось, что автомашина неисправна и Роберт Коминз застрял в гараже, пытаясь её реанимировать. В период с 19 до 20 часов Уилльям отнёс отцу две кружки горячего кофе, для этого надо было пройти буквально 8-10 метров от кухонной двери до гаража. В доме находились старший брат Майкл и Кэрол Коминз, мать семейства.
     Примерно в 20:20 Роберт, чинивший машину, внезапно почуствовал тревогу. Впоследствии он говорил, что это был словно толчок в грудь. Отец понял, что давно не видит и не слышит сына, который всё время топтался рядом. Роберт метнулся в дом - Кэрол и Майкл заверили, что Уилльяма в доме нет и что они пребывали в уверенности, что тот находится с отцом в гараже. Через пару минут выяснилось, что Уилльяма нет ни в доме, ни на придомовой территории и это было очень странно, поскольку вечер был исключительно холодным (Кэтлин впоследствии вспоминала, что это был самый холодный в её жизни день) и для прогулок никак не годился. Да и не мог Уилльям отправиться на прогулку, не сообщив об этом домашним - как было сказано выше, порядок этот соблюдался неукоснительно! Моментально начались поиски, к которым подключились соседи, прекрасно знавшие о проблемах с подростком. Роберт с соседом побежали вверх по улице, а Майкл с соседскимм сыновьями - в противоположную сторону к югу. Кэрол сразу же позвонила по телефону "911" и заявила об исчезновении сына, пояснив, что на него ранее дважды уже совершались нападения.
     Примерно в 21:20 тело Уилльяма было обнаружено в неглубокой дренажной канаве у железной дороги примерно в 350 м. к северу от родного дома. Впоследствии, правда, время обнаружения было скорректировано и стало фигурировать время 21:45.

Карта района Прэйри, город Коламбус, штат Огайо, с указанием мест, связанных с нападениями на Уилльяма Коминза. Условные обозначения: ".a" - место проживания семьи Коминз в доме №410 по Мэпл драйв, ".b" - "Прэйри-Линкольн элементари скул", школа первой ступени, в которой прежде обучался Уилльям, "*1" - место нападения на Уилльяма Коминза 5 сентября 1979 г. в парке позади школы, "*2" - место нападения на Уилльяма Коминза 22 октября 1979 г., "*3" - место обнаружения тела Уилльяма Коминза вечером 7 января 1980 г. Расстояния между точками: от ".а" до "*1" - около 600 м., от ".а" до "*2" - около 700 м., от ".а" до "*3" - около 350 м. Расстояния приблизительны, поскольку точное расположение мест "*1" и "*2" неизвестно и основывается на устных сообщениях родственников убитого подростка.


     Тело Уилльяма находилось в положении "лёжа на груди", т.е. лицом вниз, и было присыпано снегом. На шее был туго затянут шарф, туго настолько, что отец Уилльяма не смог его развязать и был вынужден разрезать ножом спереди. Узел шарфа находился на шее сзади, т.е. казалось невероятным, чтобы подросток сам смог затянуть его с такой силой. Уилльям был полностью одет: зимние ботинки, носки, перчатки - всё оставалось на своих местах. Рядом с телом находился столовый нож, не принадлежавший Уилльяму и семье Коминз. Также рядом лежала пустая бутылка из-под пива. Нож, бутылка и шарф были изъяты как улики, хотя происхождение бутылки представлялось неясным - вполне возможно, что её просто выбросили из проезжавшей машины и к преступлению она отношения не имела.
     Роберт Коминз, разрезав шарф, принялся делать сыну искусственное дыхание "рот-в-рот", дабы создать видимость, будто тот жив. Впоследствии он признался, что не сомневался в смерти Уилльяма, но мысль о полицейском оцеплении и многочасовой возне криминалистов возле трупа его пугала то такой степени, что он решился имитировать борьбу за спасение жизни сына, лишь бы только его тело увезли парамедики. Затея отца удалась - врачи увезли бездыханное тело Уилльяма и более двух часов проводили реанимационные мероприятия, в надежде запустить сердце и дыхание... в конце-концов, в 23 часа врачи официально констатировали смерть школьника. Уилльям не дожил до собственного 15-летия 4 дня.
     О следах на месте обнаружения трупа говорить не приходилось - там поприсутствовало примерно 35-40 человек, так что всё оказалось затоптано. Как возможные улики были изъяты кухонный нож, пустая пивная бултылка и разрезанный Робертом Коминзом шарф. Как определило судебно-медицинское исследование трупа, проведенное коронёром округа Франклин доктором Уилльямом Адрионом (William Adrion) причина смерти заключалась в асфиксии. Никаких механических повреждений, в т.ч. защитных ранений, на теле не оказалось.

   
Смерть Уилльяма Коминза явилась своего рода местной сенсацией. Обратите внимание на самую правую фотографию, заголовок статьи от 9 января 1980 г. гласит: "Отец заявляет: смерть сына не самоубийство". Буквально на второй день с момента смерти стали циркулировать слухи о том, что Уилльям был склонен к самоубийству и отцу пришлось эти бредни опровергать. А распускали эти слухи... детективы из службы шерифа!


     Служба шерифа развернула чрезвычайно бурную деятельность. Понимая, что своими силами справиться с криминальной загадкой у них вряд ли получится, сержант Эрик Мэй (Eric May), возглавивший расследование, обратился за помощью к полиции Нью-Йорка и в ФБР. Никакого видимого результата участие в расследовании представителей этих силовых структур не принесло, хотя представители ФБР и составили "поисковый психологический портрет" автора анонимок. Это, кстати, один из самых ранних (если говорить о хронологическом порядке) "профилей", подготовленных коллегами Джона Дугласа (скорее всего, наши читатели понимают о ком именно ведётся разговор, если же нет, то ссылки - вот и вот - помогут освежить память).
     История на этом не закончилась. Начиная с 21 июля 1980 г. в Коламбусе стали появляться новые анонимные письма с угрозами. Письма приходили разным людям на первый взгляд без всякой видимой системы, минимальный интервал между появлением анонимок составлял 4 суток, максимальный - 33 дня. Некоторые письма доставлялись почтой, некоторые же оставлялись непосредственно по месту проживания адресатов - их приклеивали клейкой лентой к лобовым стёклам машин, к детским качелям у дома, подбрасывали на веранды и т.п. Всего стало известно о 19 письмах, некоторые из которых были написаны карандашом от руки, а некоторые состояли из аккуратно вырезанных из газет и наклеенных на лист писчей бумаги букв. Подобная техника очень напоминала анонимку, полученную в 1979 г. Уилльямом Коминзом (его друзья, напомним, получили письма, написанные красными чернилами, чего в данном случае не наблюдалось). Был и иной схожий момент - письма хотя и казались пугающими, они не содержали прямых угроз убийства или иного вида расправы. Вообще же, их содержание выглядело довольно странным: "Остаётся мало времени" ("Time is short"), "Ты следующий" ("ur next"), "Пора" ("It's time"). В 7 письмах упоминались конкретные имена адресатов и все эти адресаты оказались женщинами: "[имя] - следующая" ("[...] is next"). Довольно скоро стало ясно, что получателями анонимок являются обитатели Мэпл драйв, той самой улицы, на которой жила семья убитого Уилльяма Коминза. Собственно, их ближайшие соседи, вместе с самими Коминзами, и стали объектами продолжительной анонимной атаки.
     История эта стала настоящей сенсацией. Было совершенно непонятно, чего же ждать на этот раз, а глваное - в чём причина ненависти к семье Коминз и их соседям? Кому и когда они перешли дорогу?! Сначала все считали, что имеют дело с неудачной шуткой некоего мистификатора, однако в конце октября 1980 г. служба шерифа заявила, что считает доказанной связь отправителя анонимок с убийством Уилльяма Коминза и допускает, что этот человек может быть убийцей школьника. Понятно, что это лишь усилило всеобщую нервозность и страх. Последние анонимки жители Мэпл драйв получили перед Хэллоуином.
     Кстати, связь анонимок, рассылавшихся в июле-октябре 1980 г., с теми письмами, что получили Уилльям Коминз и его друзья в сентябре 1979 г., с самого начала выглядела весьма сомнительной и утверждение правоохранителей на сей счёт следовало бы признать малообоснованным. Дело в том, что все 3 анонимных письма, датированные 1979 г., были подброшены в школьные шкафчики, что явственно указывает на связь их автора со школой "Вестлэнд". Тот же человек, кто изготавливал и рассылал письма в 1980 г., был связан в районом Мэпл драйв и вряд ли имел доступ к школе. Мэпл драйв являлся значимым для него местом, скорее всего, автор анонимок жил в этом районе и рассылкой угрожающих писем сводил счёты с соседями. На то, что письма 1979 г. и 1980 г. написаны разными людьми указывает и различия в технике их исполнения, использование карандаша вместо авторучки и т.п. (хотя имелись и сходные элементы - это тоже следует признать).
    

 
В кругу семьи.


    
     Понимая, что аноним может приурочить какую-то опасную выходку к Хэллоуину, ФБР решило действовать превентивно и напугать его. Служба шерифа по рекомендации Бюро объявила, что все жители Мэпл драйв и прилегающих улиц старше 10 лет обязаны в 10-дневный срок либо предоставить образцы почерка для графологической экспертизы (написать диктант в присутствии детективов), либо пройти допрос с использованием полиграфа.
     К 10 ноября все жители указанного района выполнили требование правоохранительых органов. Уклонился лишь один человек - некая Алеа Тоуп (Alean Tope), 54-летняя работница местного отделения Департамента по налогам и сборам. Дамочка была замужем за 56-летним пенсионером Почтовой службы, являлась матерью 3 сыновей в возрасте 30 и более лет, а также дочери 22 лет. Тоуп также получала угрожающие анонимки и заявляла в службу шерифа о попытке похищения - её якобы пытались затащить в фургон какие-то молодые люди, но она отбилась. Тоупы проживали в доме №387 по Мэпл драйв с 1972 г. В 1973 и 1974 гг. у Алеа отмечались нервные срывы, она лечилась в стационарах.

     11 ноября служба шерифа оформила ордер на обыск рабочего стола Алеа Тоуп и в тот же день дамочка залегла в психиатрическое отделение больницы Университета Огайо. Предварительный диагноз - раздвоение личности - обещал в будущем немалое веселье следствию. Через 3 недели Тоуп выпустили из "дурки" и правоохранители тут же надели на неё наручники. По приезду в суд с целью избрания меры пресечения, гражданка Тоуп упала ничком на пол, стала рычать, кататься по полу и обильно пускать слюну на ковёр. Судья оштрафовал её за неуважение к суду на 50$ и разрешил поместить её под стражу на неделю.
     В конце-концов служба шерифа официально заявила, что анонимки, рассылавшиеся с июля по октябрь 1980 г., без всяких сомнений принадлежат Тоуп, но правоохранительные органы не считают, что эта женщина причастна к убийству Уилльяма Коминза. Фактически следственные работники дезавуировали собственные заявления 2-месячной давности. Алеа Тоуп вышла на свободу и даже продолжила свой общественно полезный труд на почётной стезе мытаря.
     Т.о. разоблачение анонима никак не помогло установлению личности убийцы Уилльяма Коминза.
     В 1981 г. от официальных лиц, причастных к расследованию этого преступления, вновь стали исходить предположения о возможном самоубийстве Уилльяма Коминза. Дескать, случившееся с ним - это всего лишь несчастный случай, т.н. аутоэротическая фатальность, которая иногда случается с любителями "жестких" форм сексуального самоудовлетворения (на эту специфическую тему у нас есть необходмая справочная литература, почитать её можно тут и тут). Такого рода гипотезы вызывали резкое несогласие родных подростка и дело тут даже не в оскорбительности подобных домыслов, а их очевидной надуманности. Те, кто видели труп Уилльяма Коминза и знали сопутствующие этому преступлению детали, не могли согласиться с тем, что юноша убежал из дома в зимнюю стужу, чтобы заняться онанизмом у железнодорожной ветки. Как можно заниматься онанизмом в меховых перчатках на морозе при температуре воздуха ниже нуля, да притом в трусах, кальсонах и застёгнутых на "молнию" джинсах! При этом детективы из полиции Нью-Йорка, также участвовавшие в расследовании, согласились с версией аутоэротической фатальности, а вот сотрудники ФБР - нет. Пришлось поучаствовать в споре и коронёру округа, который заявил, что смерть Уилльяма Коминза явилась результатом внешнего насилия, т.е. убийства, и результаты проведенной ранее экспертизы пересмотрены не будут.
     Это категорическое заявление не позволило службе шерифа тихонько "слить" расследование и предопределило то, что следствие с той поры остаётся открытым.
     В сентябре 1980 г., ещё до разоблачения Алеа Тоуп, в Коламбусе были пойманы и осуждены за убийство учащиеся старших классов той самой школы "Вестлэнд", в которой обучался Уилльям Коминз. Речь идёт о Рональде Кейпхарте (Ronald Steven Capehart), 18 лет, и его 16-летнем дружке Гэри Труделле (Gary Lee Trudell), известных в Огайо преступниках, зверски зарезавших 1 сентября 1980 г. Эдит Бриденстайн (Edith Bridenstine). Кейпхарт отбывает пожизненное заключение и шансов выйти на свободу у него нет никаких, а Труделл, по мнению присяжных заслуживавший снисхождения, может получить условно-досрочное освобождение в 2018 г.

Кейпхарт и Труделл после ареста.


     После ареста Кейпхарт и Труделл проверялись на возможную причастность к убийству Уилльяма Коминза, но ничего подтверждающего такое предположение в ходе следственных мероприятий получить не удалось. Присущая им манера криминального поведения не соответствовала той, что демонстрировал убийца Коминза. Кроме того, не было получено никаких данных, указывающих на факт хотя бы "шапочного" знакомства преступников с убитым подростком.
     В 2013 г. Кэтлин, младшая сестра Уилльяма Коминза, зарегистрировала аккаунт на его имя в "твиттере" и с начала 2014 г. стала размещать в нём сообщения от имени брата.

Кэтлин Коминз даёт интервью тележурналистам, рассказывая о своей инициативе по открытию в "твиттере" аккаунта от имени убитого брата.


     Цель данной инициативы весьма прозрачна - сестра рассчитывает привлечь внимание общественности к истории странного нераскрытого убийства. Хотя подобный способ может показаться кому-то жутковатым и безнравственным, нельзя не признать того, что рациональное зерно в поступке Кэтлин присутствует. Если органы власти не хотят или не могут выполнять свои обязанности, значит их надо взнуздывать и привлечение общественного внимания к проблеме - отличный для этого способ.
     Кэтлин размещает от имени брата сообщения, как если бы он имел возможность делать это сам. В них сестра рассказывает о его жизни, смерти, вкусах, различных событиях, которые могли бы произойти в его жизни, но не произошли в силу известных обстоятельств. Неожиданный PR-ход привлёк внимание как к самой Кэтлин, так и истории Уилльяма Коминза. Департамент юстиции штата Огайо сделал заявление, в котором заверил, что имеющиеся в деле улики обязательно будут проверены на возможное наличие ДНК-материала преступника. Подобное исследование поставлено в очередь и обязательно будет проведено. Правда, очередь эта весьма велика - в Огайо сейчас 5 тыс."холодных" дел, дожидающихся такого рода экспертиз. Хотя нельзя не признать, что у такого ожидания есть весомый плюс - технологии генетических исследований в интересах криминалистики сейчас столь стремительно совершенствуются, что с каждым годом шанс на получение приемлемого по точности результата замтно растут. Современные технологии позволют добиваться такой точности, которую невозможно было представить ещё 10 лет назад - из крошечных загрязненных следов выделяются "ДНК-профили" нескольких лиц, причём уже есть возможность определять наследственные признаки их носителей (расовую принадлежность, цвет глаз и волос, наследственные заболевания). Внедрение этих достижений в широкую практику обещает криминалистике "вторую генетическую революцию".

 
Записи в "твиттере", сделанные Кэтлин от имени брата.


     Так что Кэтлин, возможно, узнает имя убийц брата. К сожалению, родителям такая возможность уже не представится: Кэрол Коминз умерла в 2010 г., а Роберт - в 2012 г.
     История убийства Уилльяма Коминза действительна странна и не до конца понятна. Оценку картины случившегося в значительной степени искажает то обстоятельство, что практически все следственные материалы скрыты правоохранительными органами. Некоторые документы предъявлялись родственникам по их требованию (например акт судебно-медицинского исследования трупа, анонимные записки и т.п.), но их копирование было запрещено, так что о содержании этих документов известно лишь в самых общих пересказах. Есть вопросы по пресловутым "допросам с использование мполиграфа", во время которых якобы была зафиксирована "не полная искренность" Уилльяма Коминза. В США правоохранительное сообщество относится с большим доверием к такого рода процедурам, однако, преувеличивать их ценность вряд ли следует. Такие допросы, скорее, являются не способом установления истины, а методом неявного запугивания свидетеля. Даже на этом сайте приведены примеры вопиющей ошибочности их результатов ("детекторы лжи" обманывали такие убийцы как Гэри Риджуэй, Кеннет Бьянки, Дональд Гаскинс, а люди непричастные в преступлениям часто попадали под подозрения после провала тестов). Имеет значение квалификация оператора полиграфа, известны случаи, когда разные операторы по-разному оценивали записи одной и той же параметрической ленты. Можно ли быть уверенным в том, что в округе Франклин в 1980 г. имелся оператор полиграфа высокой степени профессионализма?
     Представляется довольно очевидным, что убийца Уилльяма Коминза был связан со школой "Вестлэнд". Ведь именно после начала учебного года у Уилльяма и начались проблемы. Кроме того, анонимные записки с угрозами также подбрасывались на территории школы - вряд ли туда проникал посторонний взрослый человек. Но чью ненависть вызвал совершенно безобидный парнишка, а главное почему? остаётся непонятным. Сам Уилльям этого не знал, не знали и его соученики. Все они допрашивались неоднократно, да и сколько лет минуло с той поры... если бы кому-то что-то было бы известно, то этот человек уже наверняка нашёл бы возможность сообщить эту информацию.
     При этом антагонист Уилльяма действовал чужими руками и явно не в одиночку. Скорее всего, Уилльям потому и не сопротивлялся нападавшим, что сознавал свою беспомощность, т.е. заведомое физическое превосходство противника. Он не занимался силовыми видами спорта, не носил с собою нож или иное холодное оружие и явно понимал недостаточность своих физических кондиций для противостояния нападавшим. И скорее всего, он не верил, что его хотят действительно убить, надеялся, что его тайного противника остановит здравый смысл и гуманность. Не остановили...
     Очень хочется, чтобы эта история получила своё логическое завершение, то, которое должно быть у всех подобных деяний согласно совести, морали, Божеским и человеческим законам. Может быть, нам ещё только предстоит узнать нерасказанную правду о случившемся в Коламбусе 7 января 1980 г. и вынесенный в заголовок вопрос перестанет быть вопросом...

оглавление "ленты"

на первую страницу

eXTReMe Tracker