А зори там тихие... И крокодилы летают низэнько-низэнько...

(Празднику Великой Победы посвящается)

(эпистола №1)

(добавлена 01.05.2011 г.)


      Всем хорошо известна повесть Бориса Васильева "А зори здесь тихие..." и прекрасный советский фильм, снятый по её мотиву. Настоящий боевик, с классическими элементами сего жанра - от голых женских сисек в бане, до бесжалостных рукопашных схваток. Смотрится хорошо даже спустя десятилетия с момента выхода на экраны страны. Создаёт так сказать атмосферу, заставляет задуматься о суровых буднях войны, вспомнить о том, чего никогда не было.
      Потому что на самом деле ничего такого, о чём поведал нам Борис Васильев и герои одноимённой кинофантазии, никогда не происходило. Даже если бы автор написал о летающих над тайгой крокодилах, то нисколько не покривил бы против исторической правды, поскольку невозможно исказить выдумку, т.е. сказку от начало до конца. По определению, так сказать. Фашисты, разумеется, регулярно совершали заброски диверсионно-разведывательных групп в глубокий тыл РККА, но их преследование и уничтожение никогда не происходило при обстоятельствах хоть немного похожих на те, что описал   талантливый фантаст на патриотическую тему   Борис Васильев.
      Доводилось читать, что сюжет повести выдуман по мотивам ловли финского воздушного десанта, выброшенного осенью 1942 г. в окрестностях Коноши, на границе Архангельской и Вологодской областей. Сия акция вызвала обоснованный переполох в тылу действующей армии и потребовала задействовать большое количество личного состава как вооружённных сил, так и войск НКВД. Ловили "коношских диверсантов" не девочки-зенитчицы, а войска по охране тыла двух фронтов и мобильные группы трёх областных управлений НКВД. Что, согласитесь, мало походит на перипетии повести Бориса Васильева. Кстати, косвенным - хотя и неожиданным для всех - итогом этой операции явилась гибель Павла Тихоновича Куприна, руководителя операции по поимке диверсантов, начальника 3-го Управления НКВД, погибшего в самолёте, сбитом над Ладожским озером утром 11 ноября 1942 г. В нарушение всех правил, Куприн полетел в Ленинград в светлое время суток и - был сбит господствовавшими в воздухе истребителями люфтваффе.
      Как уже было отмечено, немецкие и финские вооружённые силы весьма активно засылали в северные районы Европейской части СССР диверсионные группы. Помимо диверсий в традиционном понимании - т.е. подрыва мостов, линий связи и прочих объектов инфраструктуры - одной из таких групп, заброшенной в июне 1943 г. в район станции Кожва, предстояло решить куда более неординарную задачу. Речь шла об организации мятежа ГУЛАГовских узников на территории Коми АССР и Пермской области. О как!
      Жаль, что о разоблачении этой группы ничего не написал Борис Васильев! Это был бы воистину бестселлер. Впрочем, есть такое сильное подозрение, что упомянутый сюжет банально не дался бы маститому титану пера. Тут нужна настоящая литературная глыба вроде Сергея Рогожкина, автора сценариев придурочных фильмов "Особенности национальной охоты", "-рыбалки" и пр., столь полюбившихся интернет-быдлу и не только. Потому что история эта ввиду редкостной идиотичности событий и поступков персонажей воистину рвёт все шаблоны и представления потомков о Великой Отечественной войне.
      Примем же на себя нелёгкую работу по разрыву шаблонов и донесём до современников эпическое повествование об июньском десанте 1943 г. по возможности придерживаясь исторической правды (т.е. без метафор, гипербол и прочих литературных приёмов, так украшающих труды иных писателей руками).
      Итак, немцы выбросили группу в составе 12 человек неподалёку от ж/дорожной станции Кожва, расположенной в паре десятков километров от города Печора на одноимённой реке, практически посередине железнодорожной линии Воркута-Ухта. В очерке "Смерть, идущая по следу...", выложенном на нашем сайте, выдвинута версия, что в 1959 г. десант иностранной разведки мог иметь место в верховьях реки Лозьва на Северном Урале. Придурки-"дятлофаги" много смеялись над этой версией - до того фантастичной казалась великовозрастным балбесам мысль о вражеском десанте на Урале. Но если бы эти почтенные любители лыжного туризма знали историю страны пребывания хоть чуточку получше, то долго и неудержимо смеялись бы над самими собой, поскольку парашютные десанты в глубинные районы СССР (на Урал, в Коми, Пермский край, Восточный Казахстан) имели место ещё в годы Великой Отчественной войны, т.е. задолго до событий 1959 г. Причём, немцы не просто выбрасывали парашютистов в ненаселённой местности, но даже умудрялись оборудовать аэродромы подскока для своих самолётов и завозили в глухие районы СССР топливо, продукты питания, прокладывали взлётные полосы и т.п. Такие аэродромы уже после окончания войны были обнаружены в самых разных местах СССР - от островов Новой Земли до Восточного Казахстана.
      Впрочем, не будем отвлекаться на неадекватных пациентов, а вернёмся к фабуле нашего повествования.
      Итак, 6 июня 1943 г. группа из 12 человек, одетых в форму сотрудников НКВД, под командованием изменника Родине Николаева была благополучно десантирована в тайгу буквально в сотне километров от гор Приполярного Урала. Зори там тихие (это достоверно известно со слов писателя-фантаста Бориса Васильева), а комары размером с ноготь   слона. В общем, по понятиям свердловских туристов это был маршрут 3-й категории трудности (и не меньше!), но поскольку диверсанты абвера в советском туризме были   ни бельмеса    полными лохами, то они ничего об этом не знали. А потому спокойно отыскали в непролазной тайге 21 из 22 грузовых контейнеров (1 не нашли), разобрали их и собрались в группу. Как и было запланировано. Группа, кстати, тащила 300 кг. взрывчатки (на зависть самым оголтелым новогодним петардастам нынешней поры) - это ж какой фейерверк можно было устроить в паре-тройке бериевских лагпунктов!
      Дальше начинается комедия положений. Или дурдом. Или реалии войны, заслуживающие пера Сергея Рогожкина.
      Что делают враги народа, собравшись вместе после десантирования в глубоком советском тылу? Правильно, они начинают думать над тем, как помочь родной социалистической Родине!
      Заброшенные диверсанты первым делом выстрелом в затылок застрелили командира группы Николаева и назначили парламентёров, которым надлежало вступить в контакт с представителями Соввласти и объявить, что группа намерена сдаться. Диверсанты опасались, что их уже ищет весь ИнтаЛАГ с цепными псами и трёхлинейками наперевес. В парламентёры выбрали школьного учителя Доронина, жившего до войны в Ухте, и радиста группы Одинцова - самых интеллигентных и вменяемых членов группы. Парламентёры отправились искать Советскую власть.
      Лучше бы они её не искали. Или не нашли...
      Фишка заключалась в том, что сама Советская власть в это время диверсантов вовсе не искала. Более того, она даже не подозревала о существовании таковых. Хотя два четырёхмоторных самолёта были замечены в районе станции Кожва, их приняли за американские "дугласы", поставлявшиеся в СССР по ленд-лизу. Правда, у "дугласов" было по 2 мотора, но настоящие защитники советского неба разницы не увидели. В самом деле, какая нахрен разница, по одному мотору на крыле или по два?! Настоящие советские зенитчики настолько суровы, что их не смущают даже кресты на крыльях - вестимо санитарные самолёты! Или МЧС...
      Явившиеся около полудня 7 июня в ближайший лагпункт Доронин и Одинцов, должно быть, немало были удивлены видом мирно спавшего дежурного по части товарища Сухинина. Разбудив оного   пинками, диверсанты представились: так, мол, и так, заброшены к вам устраивать мятежи и "партизанщину", но решили сдаться и ищем представителей Советской власти. Товарищ Сухинин, услыхав такое, банально навалил в штаны с перепугу решил, что приехали проверяющие из Москвы. В диверсантов он, конечно же, не поверил, какие нахрен могут быть диверсанты во время войны! А вот проверяющие бывают всегда.
      Потому он рысью метнулся к начальнику лагпункта, тоже, разумеется, спавшему на рабочем месте, разбудил того,   отшлепав ссаной тряпкой по морде   и выпалил как на духу: таварисчькамандир,   блять, к нам едет ревизор  приехали москвАчи-проверяющие из наркомата и при этом ещё насчёт диверсантов шутятблять... Как вы думаете, что сделал начальник лагпункта товарищ Лазарев? Правильно, он велел разбудить товарища комиссара, то бишь политрука, помощника по партийно-политической работе во ввереной ему части, дабы посоветоваться. Руководствовался, видать, народной мудростью, которая гласит, что одна пьяная голова хорошо, а две пьяных - завсегда лучше.
      Тут прозорливый читатель может удивиться и даже усомниться: отчего это у Пшунетлёва вся лагерная администрация в полдень спит? Что это за злопыхательство такое? Нет ли в этом клеветы на доблестных бойцов невидимого фронта, лично товарища Сталина и ныне воспевающих его прозорливую всеохватную мудрость товарищей Бушкова-Мухина-Мартиросяна и отчасти приравненного к ним Пучкова? Нет, дорогие читатели, клеветы в упомянутых мною деталях нет! Увы, таковы были суровые будни советского тыла для отдельных представителей этого самого тыла. Повальное пьянство должностных лиц лагерной администрации и их сон на рабочем месте достоверно установлены в ходе последующего расследования путём допросов лагерной обслуги; об оном расследовании мы ещё скажем чуть ниже. Выгнав поутру   рабов на галеры   зэков на просеку, высшие чины лагерной администрации имели обыкновение крепко похмеляться со вчерашнего и вплоть до возвращения   рабов в стойло   зэков с лесоповала, мирно почивать в кабинетах и закутках. Вечером начиналась новая пьянка и на следующее утро всё повторялась. Все эти мелкие детали через некоторое время оказались задокументированы, так что мы можем с полной уверенностью утверждать, что война для жителя блокадного Питера имела одно лицо, а для воркутинских "вертухаев" - совсем иное. Ага-ага! И никакой клеветы...
      Итак, лагерная администрация,   почесав в жопе   протерев очи, пришла, наконец, в сознание, и поняла, какая дивная удача свалилась ей на голову. Ведь за разоблачение диверсионной группы можно рассчитывать и на Героя Советского Союза, и на боевые ордена, и на повышения по службе! И ловить-то, блин, никого не надо - изменники Родине сами явились в стойло. Это ж надо..! Кто-то на фронте блох кормит, да под ураганным огнём гнётся, а тут - лежишь, спишь, а тебе Героя на блюдечке с голубой каёмочкой подносят и спрашивают: не желаете ли получить? Осталось только дырку в макинтоше просверлить...
      В общем, политрук живо собрал манёвренную группу и, прихватив с собою парламентёров Доронина и Одинцова, помчался рысью в район дислокации диверсантов. Диверсанты, разумеется, приближающихся заметили, благо те ломились через чащобу, как носороги во время гона, но стрельбу открывать не стали, ибо незачем. Когда манёвренная группа приблизилась, Доронин прокричал сидевшим в густом кустарнике товарищам-диверсантам, выходите, мол, мы договорились, нас встречают!
      Вот радости-то было! Диверсанты повскакали, повылазили изо всех щелей, радостно побежали на зов,   визжа и похрюкивая  , бросая по пути оружие и размахивая поднятыми вверх руками - братишки, берите нас, во-о-от мы!
      Что сделал политрук во главе своей манёвренной группы? Правильно догадался прозорливый читатель - политрук приказал открыть огонь на поражение! И в вышедших с поднятыми руками людей полетели пули. Безо всякого предупреждения, безо всякой цели... Зачем? Для чего? А просто так, война ведь,   а у войны не детское лицо  , сынок, нешто забыл?!

(эпистола №2, в продолжение предыдущей)

(добавлена 08.05.2011 г.)


      "Тра-та-та",- говорит пулемётчик, "тра-та-та",- говорит пулемёт, даже песенка была про это. Как пулемётчик разговаривал с пулемётом. Любой чекист и коммунист знает и завсегда вам подтвердит, что расстреливать лучше всего сдающихся и парламентёров, а избивать - врагов народа со связанными руками. Так и в данном случае лагерная охрана во всю дурь стала палить по вышедшим сдаваться диверсантам.
      Получилось смешно - двоих убили на месте, нескольких ранили... Расчёт был прост: теперь никто не скажет, что абверовцы сдались сами - нет!- их принудил капитулировать   прицеЛкий   прицельный огонь наших мастеров засады!
      Притащив обалдевших от всего произошедшего диверсантов вместе с их поклажей в лагпункт, чекисты удовлетворённо потёрли ручонки! Вот свезло так свезло! Столько барахла с неба свалилось - и ведь в прямом смысле! И оружие, и тёплые вещи, и жратва, и спиртное - глаза доблестных защитников Советского строя просто разбегались. Сало в полиэтилене (блин! никто в СССР не знал, что такое полиэтилен, его пытались и жарить, и есть "на сырую", просто так!), сухие лимонады, леденцы, накленные на бумагу и скрученные рулоном - все эти диковинки потрясли воображение лагерных вертухаев. А лекарства, а лекарства-то! И от похмельной головной боли, и от простуды, и от триппера - всё, что надо бывалому труженику совеЦкого тыла! А выпивка..! бренди, ром и даже виски... вот же проклятые фашики!
      С этого момента попойка в лагпункте приняла характер непрерывной вакханалии на почве непроходящей алкогольной интоксикации организмов высокопоставленных работников структурного подразделения. Приехали коллеги из соседних "исправительно-трудовых" учреждений, растащили пистолеты и ножи на трофеи. Можно подумать, что и правда, в бою добыты... Кстати, сдавшаяся группа имела более полусотни единиц огнестрельного оружия, в основном пистолеты-пулемёты, ну а кроме того - ручной пулемёт и даже миномёт!
      Всё было здорово три дня. Всё это время активно проводилась партийно-воспитательная работа, как среди сдавшихся абверовцев, так и остального контингента заключённых. Работа эта проходила весело и непринуждённо в форме имитации расстрелов, разъяснительных бесед, сопровождавшихся как классическими, так и свежеизобретёнными пытками, и доставила массу удовольствия руководящему составу. В общем, лагерная администрация на радостях, что мятеж не состоится, куражилась почти трое суток. Пир непросыхающей от трофейной выпивки плоти тянулся до вечера 10 июня 1943 г. Затем   пирдуха   пир духа был прерван самым прозаическим образом.
      Вечером того дня   ревизор   комиссия из Москвы, тьфу, блин!   два ревизора   две комиссии из Москвы приехали почти одновременно, но порознь, на разных машинах. Одна группа москвАчей была из своих, из НКВД-шных работников, а вот другие москвАчи были из СМЕРШа. Веселившимся вертухаям, наверное, стало не по себе,   жопой почуяли   жизненный опыт подсказал, что дело   может накрыться медным тазом   попахивает керосином. Грёзы о Звезде Героя на блюдечке потускнели, но не растаяли совсем, диверсанты как-никак были изобличены и сидели под замком! А значит бунта в ГУЛАГе не будет...
      К тому времени относится весьма активная борьба между абакумовским СМЕРШем и бериевским НКВД за право   узурпировать   централизованно вести с противником радиогры. Отечественные спецслужбы уже научились получать через это дело всевозможные ништяки, падающие с неба в виде грузовых контейнеров и парашютистов (в условленном месте в условленное время), так что за ними и бегать-то особой нужды не было, а потому каждое из ведомств стремилось закрепить канал получения ништяков с неба за собой. Единолично. Товарищ Сталин, разумеется, борьбу эту поощрял и даже до поры разжигал, ибо борьба товарищей Абакумова и Берия доставляла ему, надо думать, почти эстетическое удовольствие.
      И вот заслуженные представители двух умопомрачительных ведомств неожиданно встретились в забытой Богом глухомани в окрестностях станции Кожва. Вытащили они радиста Одинцова за жабры из карцера, где тот в гордом одиночестве раздумывал над тем, что сделал в своей жизни не так? и ласково сказали (возможно, хором): "Ты, сука , подлый изменник Родине, если хочешь жить, садись на ключ и передавай, что мы тебе сейчас сочиним!" Напряжением коллективного разума работники двух ответственных ведомств сочинили текст радиограммы, которая должна была положить начало невиданной ранее радиоигре. Какие так "Цитадель" и "Монастырь" - тут масштаб - вона какой!- имитация восстания всего ИнтаЛАГа!
      Одинцов приободрился,  сопли подтёр   пальцы размял, понял, что лучше делать как скажут, иначе пальчики эти самые в мясорубку пойдут. В буквальном смысле, на котлетки по-киевски, благо радисту Одинцову это дело показали, так сказать, наглядно, на примере чужих пальцев. А вы что думаете, абверовских радистов действительно долго уговаривали принять участие в радиоиграх? Вовсе нет, таинство вербовки укладывалось в 10 минут. Главная хитрость - наглядность и предметная убедительность агитации за нашу Советскую Родину, ну, и неизбежную победу коммунизма, само-собой. Наличие под рукой демонстрационного материала в виде мясорубки, топора или иного уродующего инструмента резко повышало доходчивость изложения.
      Итак, бедолгага Одинцов сел на ключ и отстучал, что ему было велено: мол, прибыли благополучно, потеряли несколько дней на сбор группы и вещей, командир группы, к сожалению, погиб при десантировании,   поперхнулся салом   утонул в болоте. Ждём указаний, что делать?
      Фашисты не замедлили с ответом, видать, ждали весточки, думу думали, что там с группой Никитина приключилось? В то, что группа будет состоять из клинических идиотов, которые побегут сдаваться в НКВД, супостат не верил и в том жестоко просчитался! Когда от заброшенных диверсантов пришла радиограмма, немцы поинтересовались, в каком районе те находятся? Вопрос осмысленный и в какой-то степени даже уместный, да только ответа на него никто из диверсантов дать не мог. Выяснилось, что карта, которой должна была пользоваться группа, куда-то запропастилась уже после переноски вещей в лагпункт. Её все видели среди вещей группы, но сохранить никто из чекистов-"вертухаев" не догадался - пить, как известно, географические карты нельзя, есть - тоже, как трофей или подарок - никому немецкая карта не нужна. Её либо на растопку пустили, либо на самокрутки, либо на иные функциональные лагерные нужды.
      А поскольку карта была уникальной, очень точной и подробной, сделанной на основе фотографирования с воздуха, то заменить её совеЦкие официальные карты никак не могли. И потому радиогру пришлось прервать в самом начале. СМЕРШевцы сказали НКВД-стам "вы виноваты!", потребовали вернуть трофеи - самим нужны!- к тому моменту   растыренные   разворованные "вертухаями" уже чуть менее, чем полностью, и с чувством честно выполненого долга отчалили в Москву. На доклад товарищу Абакумову. Было на кого свалить вину за провал неначатой толком радиоигры, а значит, чекистская совесть могла была спокойна!
      И грёзы о Звезде Героя, если они ещё у кого-то из лагерного начальства оставались, растаяли в тот момент окончательно. А ведь как всё хорошо начиналось!
      Ну, а оставшаяся на месте комиссия из ответственных работников центрального аппарата быстренько раздала всем сестрам по серьгам. Вечно пьяное руководство лагпунктом получило дисциплинарные взыскания и продолжило пьянствовать по самой Победы, а добровольно сдавшиеся абверовские диверсанты, коих оставалось в живых ещё 9 человек, остались там же, где и были - под замком. На следующие 25 лет. Никто их никуда выпускать, разумеется, не собирался и прежние предательства прощать - тоже. Дважды нарушившим присягу (сначала Сталину, а потом Гитлеру) в третий раз никто присягу принимать не позволит. Что логично...
      В этой истории послесловие - самая интересная часть. Что думали о самих себе абверовские диверсанты, оказавшиеся в той самой ГУЛАГовской зоне, освобождать которую они были заброшены? Они верили, что поступили правильно? Или, может, кто-то из них в этом усомнился и о чём-то пожалел? Может, даже раскаялся? Когда другие узники узнали про цель их заброски и добровольную явку в НКВД, то как зэки на это отреагировали? Что сказал сосед слева по нарам? А что сделал сосед справа? А если они ничего не говорили и не делали, то какими глазами смотрели на бывших абверовских парашютистов?
      Увы, мы не знаем ответы на эти занимательные вопросы.
      Нам, ныне живущим, вспоминая ту войну, не надо забывать простую истину. Война у каждого была своя - кто-то горел живым в танке, а кто-то умирал от цирроза печени на почве непрекращающейся пьянки в уютном ГУЛАГовском тылу. И совершенно неправильно, выпячивая одно, пропускать другое как несуществовавшее. Зори на Севере действительно тихие, но и крокодилы там летают низэнько-низэнько, над самыми кустами, только пригибаться успевай. Так вот, чем меньше будет басен про ту войну, тем меньше будет оставаться летающих крокодилов.
      Ибо закон жанра.
      Если кто не понял - это была здравица за правду о Победе. Как раз по случаю.


              А. Пшунетлев, ответственный за литературную часть.
     







.

Rambler's Top100


eXTReMe Tracker

Depth:hotlog_s.pixelDepth)